Баронъ не былъ тронутъ и этимъ.
Малютка сдѣлала нетерпѣливый жестъ.
-- Что жь! вскричала она: -- если вы меня не любите, зачѣмъ же преслѣдуете?.. Съ вчерашняго вечера вы всюду за мною... Вспомните, что только любовь можетъ извинить человѣка, старающагося проникнуть извѣстныя тайны...
Родахъ не отвѣчалъ.
-- Послушайте! продолжала Сара, и въ глазахъ ея сверкнула ненависть:-- берегитесь... До-сихъ-поръ, у меня не было враговъ, которые бы не раскаялись въ-послѣдствіи!..
-- Я знаю это, проговорилъ баронъ:-- и никто столько не раскаивался, какъ тѣ, кто любилъ васъ...
Сара вздрогнула. Ротъ ея открылся; она замолчала и потупила глаза.
Баронъ взглянулъ на нее съ холоднымъ, презрительнымъ видомъ; потомъ, какъ-будто пересиливъ невольное отвращеніе къ роли, которую долженъ былъ принять, взялъ руку Сары и поцаловалъ ее.
-- О, да! сказалъ онъ нѣжнымъ голосомъ: -- любившіе васъ -- страдаютъ... и есть человѣкъ, который бы дорого даль, чтобъ не знать васъ;
Родахъ зналъ больше, нежели одного такого человѣка, и при воспоминаніи о разговорѣ съ докторомъ Хозе-Мира, голосъ его невольно сдѣлался язвительнымъ: докторъ многое разсказалъ ему;