Торговецъ вина невольно отодвинулся и искоса взглянулъ на Фрица. Двадцать пьяныхъ годовъ сдѣлали Фрица нѣмымъ; но онъ былъ сильный малый: Іоганнъ зналъ это.
-- Что тебя кольнуло, товарищъ? ласково проговорилъ онъ.-- Я для тебя же стараюсь... хочу, чтобъ тебѣ досталась пожива: вотъ въ чемъ дѣло... Еслибъ ты разъ обзавелся порядкомъ, торговля твоя пошла бы какъ по маслу... И повѣрь мнѣ, когда человѣкъ счастливъ, да есть ему на что погулять съ пріятелемъ... такъ надъ прошлыми грѣхами... развѣ только посмѣешься.
Негодованіе Фрица исчезло такъ же скоро, какъ и пришло. Глаза его, заблестѣвшіе на минуту гнѣвомъ, снова потускли, снова сдѣлались безсмысленны.
Онъ налилъ стаканъ и разомъ опорожнилъ его.
-- Какъ зовутъ того, кого хотятъ убить? спросилъ онъ тихимъ, беззвучнымъ голосомъ.
-- Петромъ, Павломъ, Яковомъ, отвѣчалъ виноторговецъ:-- что тебѣ въ этомъ?.. ты не знаешь его.
-- Молодь онъ?
-- Довольно.
-- Счастливъ?
-- А я почемъ знаю... Вотъ въ чемъ дѣло, пріятель: ты поѣдешь... поставятъ передъ тобою кого бы то ни было... ты выстрѣлишь и возвратишься съ барышомъ... согласенъ?