Онъ показалъ такую оборотливость! представился такимъ тонкимъ, хитрымъ дипломатомъ! Дѣло сдѣлано: теперь онъ вполнѣ могъ заснуть съ сладкой беззаботностью, могъ спокойно раздѣлять свою нѣжность между кобылицей и танцовщицей.
Что касается до кавалера Рейнгольда, онъ ни ѣздилъ, такъ далеко, какъ Авель: его путешествіе простиралось только до почтоваго двора, гдѣ посадилъ онъ Родаха въ дилижансъ. Кавалеръ не разстался съ этимъ дворомъ до-тѣхъ-поръ, пока не увидѣлъ собственными глазами, какъ пятерка лошадей во всю прыть помчала дилижансъ по дорогѣ въ Булонь.
И кавалеръ возвращался въ Улицу-Ниль-Левекъ съ такимъ же торжествующимъ духомъ, какъ Авель Гольдбергъ; Родахъ теперь показался ему еще воинственнѣе, нежели наканунѣ, это, былъ именно такой человѣкъ, какого нужно было подсунуть къ суровому Маджарину.
По-крайней-мѣрѣ, Рейнгольдъ былъ такъ же увѣренъ въ своемъ дѣлѣ, какъ молодой Гельдбергъ. Послѣ мы увидимъ, кто изъ нихъ ошибался, или оба они ошибались.....
Извѣстно только, что въ нихъ была могучая, на ясныхъ причинахъ основанная увѣренность, по мнѣнію одного, баронъ скакалъ въ Амстердамъ; по мнѣнію другаго -- баронъ летѣлъ въ Лондонъ. А по нашему мнѣнію -- баронъ, отложивъ эту двойственную поѣздку, гулялъ пѣшкомъ въ пассажѣ д'Анжу, позади дома Гольдберга.
И еслибъ кто заглянулъ за воротникъ его плаща, поднятый, конечно, въ защиту отъ рѣзкаго утренняго холода; еслибъ кто посмотрѣлъ на его мужественное, благородное лицо, то не почелъ бы его способнымъ сплести тройную нить этой странной комедіи. Въ-самомъ-дѣлѣ, продѣлка предполагала дьявольскую интригу; а въ ясныхъ, прекрасныхъ чертахъ Родаха не видно было и тѣни коварства.
Что же это значило?...
Баронъ подождалъ еще нѣсколько минуть: онъ все надѣялся, не попадется ли какъ-нибудь на глаза Клаусъ, не мелькнетъ да въ окнѣ милое личико Ліи. Но ни Ліа, ни Клаусъ не являлись; а изрѣдка проходившіе по переулку пѣшеходы начинали поглядывать на него съ любопытствомъ.
Ничтожное обстоятельство могло навести на это мѣсто кого-нибудь изъ тѣхъ лицъ, отъ которыхъ барону необходимо было ускользнуть.
Онъ дошелъ до конца пассажа и оглянулся по сторонамъ. На углу улицъ Асторской и Виль-Левекь сидѣлъ разнощикъ.