-- Взгляните на меня, повторилъ Родахъ строгимъ голосомъ.
Араби поднялъ наконецъ глаза, но не выдержалъ и зажмурился.
-- Видите, сказалъ Родахъ, не измѣняя своей безстрастной холодности:-- могъ ли я забыть васъ!
Старикъ закрылъ лицо руками и упалъ на колѣни.
Суевѣрный ужасъ охватилъ его сильнѣе прежняго. Передъ нимъ стояло привидѣніе, тѣнь убитаго человѣка!
-- Графъ Ульрихъ, лепеталъ онъ, ползая у ногъ барона: -- сжалься!.. все это было для нихъ, для дѣтей моихъ!.. Богъ знаетъ, какъ я любилъ ихъ!..
Минуты двѣ лежалъ онъ, припавъ лицомъ къ полу.
Родахъ молчалъ.
-- И за вашу любовь, сказалъ онъ наконецъ, невольно уступивъ какой-то горькой жалости: -- они прогнали васъ, бѣдный старикъ!
-- Нѣтъ! о, нѣтъ! вскричалъ ростовщикъ, въ-половину приподнявшись: -- они добрыя дѣти... добрыя дѣти! они любятъ меня... Я такъ счастливъ!.. Авель, сынъ мой, гордый, что вашъ дворянинъ... Эсѳирь -- вдова христіанскаго графа... А Сара... мой ангелъ, мое милое сокровище! Сера, перлъ семьи моей; она одна могла бы сдѣлать меня счастливѣйшимъ изъ отцовъ!