Число зрителей постепенно увеличивалось, и теперь образовался плотный, густой кружокъ.
Жанъ подвигался медленно, хотя всѣ давали ему дорогу. Поздній приходъ его произвелъ сценическій эффектъ и оживилъ мало-по-малу холодѣвшую толпу; можно было ждать скандала: каждый предполагалъ развязку драмы по-своему.
-- Посторонитесь! пропустите! кричали съ заднихъ рядовъ кружка: -- пропустите малаго, онъ развѣдается съ этимъ вороньёмъ!
-- Смѣлѣй, Жанъ, пріятель! Не забудь хватить подъ подбородокъ... языкъ прикусятъ!
-- Пяткой подъ колѣнки... свалятся!
-- Пропустите! эй, пропустите!
Впереди еще не знали о приходѣ Жана; но тамъ и безъ того было забавно.
Съ первыхъ мѣстъ можно было видѣть страданія, выражавшіяся на лицѣ старухи, отчаянныя слёзы Викторіи и печальное изумленіе идіота, который въ первый разъ въ жизни чувствовалъ какее-то неопредѣленное сожалѣніе.
Можно было видѣть усилія и смущеніе исполнителей правосудія, которые почти стыдились своей роли и, конечно, сочувствовали несчастной болѣе, нежели девять-десятыхъ любопытныхъ.
И такъ весело начинался послѣдній день карнавала!