V.
Утро Малютки.
Когда харчевникъ Іоганнъ сбиралъ и провожалъ въ путь свою дружину, у мадамъ де-Лорансъ еще не начиналось утро. Въ прошлую ночь она очень-поздно воротилась и теперь отдыхала отъ двойной усталости -- на балѣ Фаваръ и въ игорномъ домѣ въ Улицѣ-Пруверъ.
Часы давно пробили полдень; но плотные занавѣсы не пропускали блѣдныхъ солнечныхъ лучей; среди дня, у Малютки были сумерки.
Въ комнатѣ ея царствовала глубокая тишина, которая не нарушалась даже неизбѣжнымъ громомъ каретъ, безпрерывно снующихъ по улицамъ Парижа. Биржевой агентъ де-Лорансъ устроилъ предъ своимъ домомъ деревянную мостовую, чтобъ ѣзда не безпокоила Сары.
Внимательность эта была тѣмъ болѣе кстати, что прелестная женщина обыкновенно покоилась въ то время, когда проснувшаяся улица приходила въ самое неугомонное, шумное движеніе.
Двери были затворены; въ комнатѣ не было ни души; но пріятный огонекъ, пылавшій въ каминѣ, доказывалъ, что нѣжная заботливость лелѣяла сонъ Сары...
Она спала за полу-откинутыми занавѣсками. Ея небрежное положеніе выражало ту тихую истому, которая всегда слѣдуетъ за волненіемъ перваго сна. Она лежала лицомъ къ свѣту; изъ-подъ кружевнаго чепца выпадали великолѣпные черные локоны и густыми волнами разсыпались по бѣлой подушкѣ;. обнаженная, свѣжая, художественно-отлитая рука, откинувшись въ теплой атмосферѣ, повисла съ постели.
Полусвѣтъ, съ трудомъ проникая, сквозь плотную матерію занавѣсокъ, падалъ прямо на лицо Малютки: въ эту минуту она улыбалась такъ ясно, весело.
Ровное дыханіе тихо лилось изъ ея полуоткрытыхъ устъ; ни одной морщинки на лбу, ни одной впадинки вокругъ рта.. Не зная ея лѣтъ, можно было подумать, что это чистый сонъ дѣвственницы, невинная душа которой улыбается прекраснымъ сновидѣньямъ.