Когда эта гримаса вдругъ исчезла съ лица Хозе-Мира и вмѣсто ея явилась почтительная улыбка, Сольнье подумалъ, что онъ ошибся; ему показалось невѣроятнымъ, чтобъ могъ человѣкъ сомнѣваться въ достоинствахъ Сары! .....
Она подошла къ постели, проворно, но граціозно, и даже не успѣла отвѣтить на поклоны докторовъ.
При видѣ мужа, на лицѣ ея изобразилось горькое состраданіе; можно было подумать, что у ней сердце разорвалось.
-- Скажите мнѣ правду, прошептала она, выговаривая слово за словомъ: -- о! не скрывайте отъ меня ничего!.. Опасенъ онъ?..
-- Нѣтъ еще, холодно отвѣчалъ Мира.
Малютка оглянулась на него; въ глазахъ ея выражалось что-то неопредѣленное.
Сольнье, замѣтивъ мелькомъ ея взглядъ, увидѣлъ въ немъ благодарность и какъ-будто боязливое сомнѣніе.
-- Надѣйтесь, сударыня! сказалъ онъ:-- здоровье г. де-Лорацса все въ томъ же положеніи; вы знаете, что его сильно разстроиваютъ эти припадки.
-- Что за ужасная болѣзнь! проговорила Малютка сквозь слезы:-- Боже мой! Боже мой! Тебѣ не угодно спасти его!.. Вчера, послѣ васъ, докторъ, прибавила она, обращаясь къ Сольнье:-- я думала, что могу уйдти... онъ былъ такъ хорошъ; казалось, совсѣмъ не страдалъ... а теперь, черезъ нѣсколько спокойныхъ часовъ, его едва можно узнать!..
Малютка закрыла лицо руками и извлекла изъ груди своей тяжелый вздохъ.