Карету будто-бы мчала четверка красивыхъ коней, а добрякъ Араби, одѣтый бариномъ, небрежно раскинулся на подушкахъ между двухъ или трехъ прекрасныхъ дамъ.
Очень-много смѣялись надъ этимъ разнощикомъ, который, вѣроятно, подгулялъ въ тотъ день. Ну, посудите сами: добрый Араби въ почтовой каретѣ, съ хорошенькими дамами!..
Какъ бы то ни было, а исторія новаго жильца, преемника Араби и его экипажа, пронеслась по всему Тамплю. Стали говорить рѣшительно, что старый ростовщикъ зарылъ въ своей лавкѣ кладъ, что экипажу-дескать не откуда взяться.
И всѣ бросились нанимать благодатную лавочку.
Каждый новый жилецъ, немедленно по вступленіи ни мѣсто, считалъ долгомъ съ благоговѣніемъ переворачивать весь полъ.
Но... ничего не нашли. Можетъ-быть, совсѣмъ и не было клада, а можетъ-быть, человѣкъ въ экипажѣ все взялъ.
Человѣкъ въ экипажѣ именовался Римлянинъ, по прозванью Батальёръ: то былъ бывшій супругъ Жозефины, владычицы Полита, мелочной торговки Пале-Руаяля.
Что касается до добряка Араби, никому больше не удалось его видѣть послѣ знаменитой встрѣчи въ почтовой каретѣ.
Никто въ Тамплѣ не забылъ его.
Одни говорили, что онъ умеръ. Другіе же разсказывали, что иногда, въ полночь, при трепещущемъ газовомъ свѣтѣ, по пустынной площади Ротонды бродить сгорбленный подъ прямымъ угломъ старикъ и ищетъ на мостовой потерянныя деньги...