Ты начинаешь имѣть хожденіе къ столоначальнику въ синихъ очкахъ; пока не сунешь ему красненькую, онъ и не повернетъ къ тебѣ головы,-- уткнетъ носъ въ бумагу и скрипитъ перомъ.... Ходишь день, ходишь другой; надоѣстъ тебѣ эта исторія и тряхнешь своимъ карманомъ: тутъ лицо столоначальника разъясняется, при твоемъ входѣ въ канцелярію, онъ ужъ протягиваетъ руку, но все таки кормитъ тебя завтраками. Наконецъ онъ подалъ въ присутствіе докладъ. Ты отправляешься туда въ полной увѣренности, что красноносый засѣдатель исполнитъ твою просьбу, и дѣйствительно -- онъ клянется тебѣ всѣми святыми, что на его совѣсти лежитъ твое дѣло; но послѣ двухъ, а иногда и шестимѣсячнаго хожденія къ нему, ты обращаешься снова къ столоначальнику и спрашиваешь его совѣта.
-- Подмажьте, говоритъ онъ: -- и повезетъ повозка.
Отправляюсь вечеромъ, въ ужасное ненастье къ нему на квартиру; онъ живетъ въ собственномъ домѣ, у чорта на куличкахъ, въ глухомъ переулкѣ. Стучу цѣлый часъ въ калитку и ворота; наконецъ сиплый женскій голосъ спрашиваетъ:
-- Какой тамъ чортъ стучитъ?
-- Отворите. Господинъ засѣдатель дома?
-- Дома.
Баба отворяетъ мнѣ калитку и впускаетъ меня въ грязный дворъ. Она вводитъ меня въ темныя сѣни; оттуда въ комнату, освѣщенную сальнымъ огаркомъ. Комната небольшая, убранная старою мебелью, покрытою облинялымъ и засаленымъ ситцемъ. Ничего въ комнатѣ нѣтъ; я, скуки ради, обращаюсь къ стѣнамъ, чтобы ихъ обозрѣть; они увѣшаны картинами суздальскаго издѣлія: надъ диваномъ, по лѣвую сторону, на конѣ, стоящемъ на заднихъ ногахъ, сидитъ какое-то пугало, въ красной чалмѣ, и въ зеленой римской тогѣ; сабля виситъ у этого героя до самой земли; а подпись гласитъ:
"Морѣйская гѣроинья Бубуляна. Немзцькыя офицѣри съ заграницы пышутъ пысьма, што сѣя женщина умомъ зѣло крѣпка, отличинной храбрости и таковаго же мужѣства".
По правую сторону виситъ нѣмецкая картина, изображающая будущую жизнь: на воздухѣ виситъ мостъ; умершіе, съ лѣвой стороны, взбираются по лѣстницѣ на мостъ; грѣшники, проваливаясь сквозь мостъ, захватываются чортомъ на крючкѣ и кидаются имъ въ костеръ; праведники же взбираются по лѣстницѣ, стоящей на мосту, прямо въ небо. Художникъ въ облакахъ представилъ рай -- въ видѣ сада, гдѣ прохаживаются голые люди и между ними разныя животныя, обезьяны и свинья.
Во время моего. созерцанія, я услышалъ за собою глухой кашель; оглянувшись, я увидѣлъ предъ собою -- засѣдателя; онъ былъ въ тепломъ халатѣ, въ мѣховыхъ сапогахъ и шея закутана въ полинялой шали.