НОЧНЫЯ ПОХОЖДЕНІЯ БУБЕНЧИКОВА.
Когда Бубенчиковъ остался одинъ, ему, въ противуположность прежнему его состоянію, сдѣлалось грустно на сердцѣ.-- И мнѣ, надумалъ онъ, придется жить и дѣйствовать между этими людьми; но тутъ мечты перенесли его въ Петербургъ, въ кругъ его знакомыхъ.... Много милыхъ лицъ промелькнуло въ его воображеніи, но одно остановилось передъ его глазами и ему казалось, что оно грустно глядятъ на него.... Мечты его были прерваны приходомъ секретаря, который принесъ ему къ подписи предложеніе въ полицію о вступленіи его къ должность. Бубенчиковъ, прочитавъ бумагу, подписалъ ее; отдавая ее секретарю, онъ просилъ его сдѣлать конвертъ и отнести пакетъ въ полицію.
Когда секретарь ушелъ, Бубенчиковъ тяжело вздохнулъ и перекрестился: ему такъ тяжело сдѣлалось на сердцѣ, что онъ готовъ былъ его вернуть, отнять пакетъ, разорвать его и немедленно выѣхать изъ города, въ который онъ торопился -- сломя голову. Онъ даже машинально выглянулъ изъ окна; но тутъ его развеселяла слѣдующая картина: секретарь хотѣлъ по грязи перебраться чрезъ улицу и переставлялъ ноги по тропинкѣ; съ противуположной стороны въ это время переходила по этой же дорожкѣ пансіонерка; занятыя своими мыслями, оба они замѣтили другъ друга тогда только, когда стояли лицомъ къ лицу. Секретарь, какъ услужливый и вѣжливый кавалеръ, хотѣлъ уступить своей дамѣ и маневрировалъ, какъ бы благополучно отступить, не потерявъ калошъ; вдругъ, откуда ни возьмись, изъ-за угла выѣхала повозка домоваго извощика и прямо поѣхала на нихъ; страшась быть обрызганною, пансіонерка быстро отступила, набравъ полные башмаки грязью; тутъ она сдѣлала прыжокъ и одна нога застряла у нея но колѣно въ глинистой лужѣ. Секретарь, озлобленный, остановился и сталъ кулакомъ грозить извощику; но тотъ, разлегшись на повозкѣ, прехладнокровно проѣхалъ подъ самымъ носомъ секретаря, обдавъ его съ ногъ до головы грязью.
Развеселившись этой сценой, Бубенчиковъ позвалъ слугу и велѣлъ подать себѣ пальто и статскую фуражку; преобразовавшись въ партикулярнаго человѣка, онъ пошелъ бродить по городу.
Настала ночь. Городъ былъ Бубенчикову хорошо знакомъ съ дѣтства; онъ пошелъ, какъ говорятъ, куда глаза глядятъ. Проходя мимо собора, онъ увидѣлъ, что онъ освѣщенъ извнѣ плошками и внутри безчисленнымъ множествомъ свѣчей. У церковнаго входа толпился, народъ, но нѣсколько квартальныхъ надзирателей, частныхъ приставовъ, десятниковъ и, въ главѣ ихъ, полиціймейстеръ никого не впускали въ церковь.
-- Что тутъ такое? спросилъ Бубенчиковъ, одну старую дѣву, постоянную посѣтительницу всѣхъ вѣнчальныхъ обрядовъ.
-- Свадьба, отвѣчала она, тяжело вздохнувъ.
-- Чья же?
-- А Богъ ихъ знаетъ.
-- Отчего же народъ толпится такъ.... я думалъ, что какой нибудь знатный женится....