Юному Грегему тяжко приходилось подъ началомъ профессора Макъ-Скальпера. По правдѣ сказать, онъ и его чуть не отправилъ на тотъ свѣтъ. Но Джонъ выдержалъ искусъ, и въ госпиталѣ было рѣшеннымъ дѣломъ, что при первой же свободной каѳедрѣ Грегемъ займетъ ее. А разъ онъ вступилъ на первую ступеньку лѣстницы, ведущей къ славѣ, его послѣдующіе успѣхи въ избранной профессіи были только дѣломъ времени. И дѣйствительно, единственнымъ недостаткомъ въ немъ была его крайняя молодость.
Тѣмъ временемъ миссъ Дженета Макъ-Скальперъ тщетно закидывала удочку Джону Грегему. Миссъ Дженета была очень образованная, очень рѣшительная молодая лэди съ рыжими волосами и зелеными глазами и категорически заявила м-ру Грегему, что готова "раздѣлить его участь"; но молодой человѣкъ не послушалъ пѣсни сирены, и Дженета пожаловалась отцу на безсердечіе молодого человѣка. Послѣдствіемъ этой жалобы было слѣдующее замѣчаніе со стороны профессора своему любимому ученику:
-- Не обращайте вниманія на глупыя рѣчи Дженеты, Джонъ Грегемъ! Нѣтъ глупости глупѣе въ этомъ глупомъ свѣтѣ, какъ женская глупость. Притомъ же Дженетѣ уже двадцать-восемь лѣтъ, и ей слѣдовало бы быть благоразумнѣе.
Съ этихъ поръ, когда Дженета Макъ-Скальперъ встрѣчала Джона Грегема, она отворачивалась въ другую сторону.
Роднымъ домомъ для Джона Грегема по прежнему былъ домъ въ Фетеръ-Левѣ, гдѣ онъ продолжалъ жить съ своимъ старымъ другомъ и патрономъ, д-ромъ Потльбэри.
Джонъ впервые въ жизни взялъ отпускъ и собирался провести два мѣсяца въ Швейцаріи для отдыха, въ которомъ сильно нуждался, а пока сидѣлъ въ небольшой старомодной пріемной доктора Потльбэри въ Фетеръ-Ленѣ.
-- Тебѣ повезло, мой милый,-- говорилъ д-ръ Потльбэри:-- удивительно какъ повезло; тебя ожидаетъ блестящая будущность, если только ты будешь упорно идти впередъ. Знаешь, я когда-то мечталъ, что ты будешь моимъ преемникомъ, но ты сталъ слишкомъ великимъ человѣкомъ для этого, Джонъ!-- съ гордостью замѣтилъ докторъ.-- Я намедни говорилъ съ сэромъ Бонерджемъ-Бонсеботъ. Бонсеботъ и я были когда-то студентами-товарищами; но онъ пошелъ въ гору, а а нѣтъ. А почему я не пошелъ въ гору? Я тебѣ скажу -- почему: потому что у меня потѣшная фигура. А потѣшная фигура -- камень преткновенія на пути человѣка. Но ты строенъ и красивъ, къ счастью для тебя, и твоя наружность и мускулы еще не разъ сослужатъ тебѣ службу въ жизни, мой юный другъ. Сэръ Бонерджъ сказалъ мнѣ, что мячъ у твоихъ ногъ, и тебѣ стоитъ только половче пустить его.
-- Благодаря вамъ, сэръ,-- отвѣчалъ молодой человѣкъ съ благодарной улыбкой,-- я удачно началъ свою карьеру. Я постараюсь заниматься своей профессіей, какъ благороднымъ призваніемъ, а не коммерческимъ дѣломъ. Но первые шаги будутъ не легки, потому что надо пить, ѣсть и прилично одѣться, а жалованье, которое мнѣ платить Макъ-Скальперъ, не блестящее, какъ можете себѣ представить, я я не могу долѣе злоупотреблять вашей щедростью, д-ръ Потльбэри.
-- Джонъ,-- сказалъ старикъ:-- ты въ продолженіе цѣлыхъ десяти лѣтъ былъ радостью моего пустыннаго дома. Я привыкъ смотрѣть на тебя какъ на сына, и у меня нѣтъ ни родныхъ, ни близкихъ въ цѣломъ свѣтѣ. Ты, можетъ быть, не знаешь, мой другъ, никто этого не знаетъ кромѣ моего стряпчаго, что я -- богатый человѣкъ. Состояніе я нажилъ не докторской практикой; этой практикой не наживешь въ наше время большого состоянія, на этотъ счетъ не заблуждайся, милый Грегемъ; деньги, заработанныя докторской практикой, я разумѣю -- честной практикой, не могутъ быть велики. Еслибы я не былъ богатъ, Джонъ, еслибы я долженъ былъ заработывать свой хлѣбъ и содержать большое семейство, я, можетъ быть, и не былъ бы честенъ. Можетъ быть, и я бы тащилъ послѣднее съ своихъ паціентовъ. Но отецъ оставилъ мнѣ состояніе, и я могъ позволить себѣ быть чудакомъ и вполнѣ честнымъ докторомъ. Честность въ нашей профессіи -- одинъ изъ роскошей богатыхъ людей. Ну, вотъ теперь и тебѣ можно быть честнымъ, потому что ты скоро станешь богатымъ человѣкомъ: мнѣ вѣдь семьдесятъ-пять лѣтъ, Джонъ, а ты мой наслѣдникъ. Я хочу, чтобы ты это узналъ уже теперь, а не послѣ моей только смерти. Когда меня не станетъ, все мое имѣніе поступить къ тебѣ, Джонъ.
Юный Грегемъ опѣшилъ отъ удивленія, но когда къ нему вернулся даръ слова и онъ хотѣлъ поблагодарить д-ра Потльбэри, тотъ остановилъ его: