Кругом ужасы террора, казни, гибель друзей. Впереди верная смерть на эшафоте, а Кондорсэ пишет, ничем не смущаясь: "Все приведенные выше наблюдения доказывают, что нравственное добро в человеке есть необходимое условие самой его организации, что, как все другие способности, оно может бесконечно развиваться и что природа соединяет неразрывной цепью истину, счастье и добродетель"*.
______________________
* Цитирую по первому изд. 1795 г., стр. 346.
______________________
Никогда, кажется, жизнь не пресекалась столь грубо и жестоко, как именно в те дни, когда писал свою книгу Кондорсэ. 31 октября 1793 г. было казнено двадцать жирондистов, все ближайшие сподвижники и друзья Кондорсэ. Одному было 27 лет, двоим -- 28, семерым меньше 40 лет, только один был казнен 57 лет.
А Кондорсэ писал: "Неужели же мы не вправе утверждать, что усовершенствование человеческого рода способно быть бесконечным, что должно наступить время, когда самая смерть станет следствием или исключительной случайности, или постепенного, все более и более медленного разрушения жизненных сил. И не должны ли мы думать, что самое увеличение промежутка времени между рождением и этим разрушением не имеет предела? Конечно, человек не станет бессмертным, но разве расстояние между тем моментом, когда он начинает жить, и тем временем, когда он естественно, без болезней и несчастных случайностей, перестает существовать, разве расстояние это не может беспрестанно возрастать? (стр. 359). Мы не знаем того предела, которого не должна превзойти долгота жизни будущего человечества" (стр. 361).
И только в самых последних строках книги у Кондорсэ проскальзывает чувство горечи и глубокой скорби о неправде мира. Скорбь эта сейчас же разрешается в гимн прогрессу, в религиозный пафос человека, глубоко верующего в конечное торжество правды.
"Картина неуклонного прогресса человечества -- вот истинное религиозное утешение философа, -- говорит Кондорсэ. -- В прогрессе находит он вознаграждение за свою добродетель. Созерцание вечного прогресса для него -- верное убежище, куда не могут ворваться воспоминания о преследователях. Там он воистину общается со своими ближними, общается в раю, созданном его разумом, -- раю, который его любовь к человечеству украсила самыми чистыми наслаждениями" (стр. 363).
Вскоре после написания этих строк Кондорсэ был арестован. А затем пришла и смерть от "случайности", на пятьдесят первом году жизни.
Вера в прогресс опирается на две предпосылки. Во-первых, на признание человечества целостным организмом, особым существом, живущим своей особой жизнью. Человечество понимается как коллективный человек, вечно живущий и вечно совершенствующийся. Индивидуум -- существо служебное, интересы которого подчинены интересам целого. Религия человечества имеет корни свои в теории прогресса. Она особенно ярко проявилась в философии Огюста Конта, в теориях французского, так называемого утопического, социализма тридцатых и сороковых годов прошлого века, в Германии у Фейербаха и, наконец, возродилась у нас в идеях Луначарского и Горького.