Герцогъ Франческо велѣлъ просить его.
При появленіи Троило, герцогъ нахмурилъ брови и кошачьи глаза его метнули искры. Но это длилось лишь одно мгновеніе. Въ мигъ нйружность его свѣтлости приняла самое благодушное выраженіе.
Троило Орсини уже не былъ тѣмъ красивымъ и изящнымъ кавалеромъ, какимъ мы его знали прежде, когда онъ только-что вошелъ во дворецъ Медичи. Теперь лицо его было покрыто мертвенной блѣдностью, глаза ввалились, потускнѣли и приняли матовый оттѣнокъ потухшаго угля.
-- Ваша свѣтлость,-- сказалъ Троило, кланяясь герцогу,-- уѣзжая изъ Флоренціи, я счелъ обязанностью засвидѣтельствовать вамъ почтеніе.
-- Вы ѣдете, куда?
-- Во Францію, ваша свѣтлость.
-- Я бы просилъ васъ,-- вскричалъ живо герцогъ,-- исполнить мое порученіе. Мнѣ желательно сообщить нѣчто очень важное моей двоюродной сестрѣ, королевѣ Франціи. Вы поймете, что важныя порученія я могу передать только чрезъ вѣрнаго человѣка, а потому, если вы нѣсколько отсрочите вашъ отъѣздъ и исполните мою просьбу, вы меня крайне одолжите. Я не считаю никого, кромѣ васъ, болѣе достойнымъ взять на себя исполненіе этого важнаго порученія.
-- Ваша свѣтлость дѣлаетъ мнѣ черезчуръ большую честь.
-- О, вы такъ заботитесь о чести нашего дома!
-- Я всегда готовъ служить вамъ всѣмъ, чѣмъ могу.