Здѣсь на дорогѣ впервые встрѣтились молодые супруги.
Всякій, кто имѣлъ случай видѣть портретъ эрцгерцогини Іоанны въ галлереѣ Питти, знаетъ, что она обладала весьма непривлекательной наружностью. Къ тому же, по свидѣтельству современниковъ, была надменна, холодна, сдержанна и тяжелаго характера. По этому можно судить, какое впечатлѣніе произвела молодая на душу Франческо, опьяненнаго необыкновенной красотой Біанки и ея увлекательною рѣчью. Глядя на молодую герцогиню, трудно было рѣшить: радовала ли ее эта торжественная встрѣча или огорчала? Она только заботилась объ одномъ -- съ достоинствомъ поддержать свое высокое положеніе.
Въ то же время произошла встрѣча и другихъ супруговъ: Изабеллы и Паоло Джіорданно. Мужъ и жена, не смотря на долгую разлуку, встрѣтились совершенно равнодушно, какъ посторонніе люди. Въ первую минуту Изабелла была нѣсколько смущена холодностью мужа, ей показалось, что до него дошли слухи о ея невѣрности. Но вскорѣ она успокоилась, видя безпечность и совершенное равнодушіе мужа. И дѣйствительно, Паоло Джіордано не подозрѣвалъ измѣны жены, мысли его были далеко въ Римѣ, у ногъ Викторіи Аккорамбони-Перетти.
Блестящій кортежъ отправился въ герцогскую виллу Поджіо, въ десяти верстахъ отъ Флоренціи. Тамъ было приготовлено помѣщеніе для отдыха молодой герцогини до назначеннаго дня торжественнаго въѣзда въ столицу.
На другой день въ Поджіо пріѣхали старый герцогъ Козимо, кардиналы и многія знатныя лица.
Въ эти дни шумныхъ празднествъ въ присутствіи стараго герцога и всего его семейства, Франческо плохо скрывалъ одолѣвавшую его скуку. Ничто не развлекало его, кромѣ частыхъ поѣздокъ во Флоренцію. Невѣстки Іоанна и Изабелла не сошлись характерами. Первая пріѣхала въ Италію съ предвзятымъ пренебреженіемъ ко всему итальянскому и ея надменность оттолкнула отъ нея всѣхъ. Но вотъ насталъ и день торжественнаго въѣзда во Флоренцію. Одинъ изъ хроникеровъ того времени пишетъ слѣдующее по поводу этого торжества: "Это было 6-го декабря 1565 года, всю недѣлю передъ тѣмъ шелъ проливной дождь, въ день же торжественнаго въѣзда во Флоренцію молодой герцогини, Богу угодно было прояснить небо: вѣтеръ стихъ и погода сдѣлалась прекрасною. У воротъ Флоренціи молодую встрѣтилъ герцогъ Козимо съ сыномъ, который былъ въ кардинальскомъ облаченіи, папскій нунцій, посланники иностранныхъ дворовъ, толпа придворныхъ и многочисленная свита".
Вся эта процессія встрѣтила герцогиню близь воротъ и сопровождала ее по городу въ слѣдующемъ порядкѣ: впереди всѣхъ ѣхала сама молодая, за ней слѣдовалъ отрядъ трубачей, потомъ ѣхали верхами двадцать пажей, одѣтыхъ въ голубые бархатные костюмы, за ними, въ томъ же порядкѣ, также верхами слѣдовали четырнадцать пажей герцога въ шитыхъ бархатныхъ костюмахъ, затѣмъ князья, герцоги, кардиналы и отрядъ всадниковъ, дворяне и ихъ слуги въ роскошнѣйшихъ нарядахъ, вышитыхъ золотомъ, далѣе тянулись попарно шестьдесятъ рыцарей ордена св. Стефана и Порто-Гало, Санъ-Джіокомо и Мальты, множество дворянъ одного и другого дворовъ также со свитой и ста шестидесятые пажами въ желтой одеждѣ; за ними вели трехъ лошадей подъ богатыми попонами съ вышивкой, далѣе слѣдовали двѣнадцать нѣмецкихъ бароновъ, назначенныхъ императоромъ въ почетную свиту сестры, флорентійскіе принцы и, наконецъ, сама августѣйшая молодая.
Въ городѣ ее встрѣтилъ генералъ Авреліо Фрегозе съ отрядомъ конно-гвардейцевъ въ четыре тысячи человѣкъ. Хоръ музыкантовъ исполнилъ тушъ и торжественный маршъ; со стѣнъ крѣпости раздавались залпы артиллеріи. Хроникеръ, о которомъ мы упоминали выше, говоритъ, что пальба изъ орудій, музыка и привѣтственные крики толпы: "да здравствуетъ Австрія!" потрясали воздухъ.
Лишь только августѣйшая молодая въѣхала подъ арку, какъ ея свекоръ, герцогъ Козимо, поспѣшилъ подать ей руку и помочь слѣзть съ лошади; затѣмъ онъ подвелъ ее къ епископу, державшему крестъ. Молодая герцогиня приложилась къ распятію, а другіе двое епископовъ возложили на ея голову корону, усыпанную драгоцѣнными камнями. Сѣвъ снова на лошадь, коронованная герцогиня продолжала путь подъ балдахиномъ изъ серебряной парчи съ золотыми кистями, который несли юноши изъ самыхъ знатныхъ фамилій столицы Тосканы, смѣняя другъ друга для того, чтобы каждому воспользоваться этой высокой честью. Молодые люди были одѣты въ курточки изъ пурпуроваго атласа, вышитаго золотомъ, и въ красныхъ бархатныхъ брюкахъ, также вышитыхъ золотомъ, въ беретахъ изъ алаго бархата, съ бѣлыми перьями, пришпиленными драгоцѣнными камнями. Поверхъ курточекъ были наброшены плащи тоже изъ алаго бархата, при шпагахъ съ золотыми эфесами въ ножнахъ изъ краснаго бархата. Также подъ балдахиномъ рядомъ съ супругой ѣхалъ молодой герцогъ Франческо, потомъ герцогъ Козимо, кардиналъ Медичи, герцогъ Браччіано, герцогъ баварскій, родственникъ молодой, посланники, прелаты, фрейлины, судьи, герцогскіе лейбъ-медики, сенатъ сорока восьми, флорентійская знать и войско.
Отъ воротъ Прато процессія двинулась по дорогѣ Борго-Оньисанти, до моста Корная, оттуда по Лугарно до св. Троицы, Санта Марія Маджіоре и, наконецъ, прибыла въ соборъ. Здѣсь молодая опять была встрѣчена архіепископомъ и духовенствомъ; помолившись, она въ сопровожденіи духовенства поѣхала чрезъ Санта Марія ли Кампо къ дверямъ палаццо Веккіо, гдѣ и была встрѣчена ожидавшимъ ее мужемъ. Герцогъ Франческо повелъ супругу въ большой залъ, здѣсь ее встрѣтила герцогиня Изабелла съ пятьюдесятью дамами знатнѣйшихъ фамилій столицы, которыя ее привѣтствовали и проводили въ назначенные для нея покои.