Главныя улицы Флоренціи были эмблематически разукрашены. При входѣ въ улицу Боргооньи Санти стояли статуи: слѣва Тосканы, справа Австріи. Первая, улыбаясь простирала руки, открывала свои объятія, какъ бы принимая отъ Австріи принцессу, давно желанную госпожу и повелительницу, въ надеждѣ на полный миръ, тихое счастье и славу этихъ двухъ государствъ.
Спустя десять дней, въ палаццо Веккіо было назначено большое торжество, на которое было приглашено до четырехсотъ дамъ знатныхъ фамилій Флоренціи. Праздникъ раздѣлялся на три отдѣленія: спектакль, обѣдъ и балъ. Устройствомъ сцены занялся Вазери и исполнилъ принятую имъ на себя задачу артистически. Венера, Амуръ, Психея, пѣли хвалебные гимны подъ музыку маэстровъ капеллы Александра Стриджіо и Франческо Кортеччіа, въ честь виновницы торжества. Но сама молодая герцогиня -- увы! не была счастлива; Франческо жалъ ей руку, но она чувствовала, что въ его сердцѣ нѣтъ къ ней любви и привязанности.
XIV.
Піетро Бонавентури.
На другой день послѣ свадьбы, герцогъ Франческо поспѣшилъ въ знакомый ему домъ Санто Спирито, гдѣ жила его обожаемая Біанка. Обыкновенно очень разговорчивая и веселая, на этотъ разъ красавица-венеціанка была грустна и задумчива.
-- Что съ тобой, моя чудная Біанка?-- вскричалъ герцогъ, обнимая ее,-- чѣмъ ты огорчена?
-- О, мой синьоръ,-- отвѣчала она сквозь слезы,-- вы причина моего горя.
-- Я?! Неужели при всемъ моемъ желаніи угодить и осчастливить тебя, я имѣлъ несчастье причинить тебѣ горе?
-- Ахъ, Франческо, не васъ я виню, а мою несчастную судьбу.
-- Въ чемъ же дѣло?