Упомянемъ объ оригинальномъ причудливомъ объясненіи монаха о происхожденіи вращенія Земли, которое мы находимъ въ сочиненіи Сирано. По его теоріи, пламя вулкановъ не болѣе какъ адскій огонь, прорывающійся сквозь отдушины въ Землѣ, а ея внутренность состоитъ изъ очага. Проклятые стараются, но возможности, удалиться отъ мѣста мученій и даже совсѣмъ убѣжать; огромными массами они собираются на нижнюю поверхность твердой коры, образующей верхній слой земли, и уцѣпляются въ нее. Тѣснясь на внутренней поверхности этого слоя, проклятые приводятъ Землю въ движеніе такимъ же образомъ, какъ бѣлки вращаютъ колесо въ своей клѣткѣ.
Если бы предметъ не былъ серіозенъ, при такомъ шуточномъ объясненіи нельзя было бы воздержаться отъ хохота.
Къ этимъ романтическимъ выдумкамъ можно присоединить не менѣе фантастическое твореніе одного нѣмецкаго писателя. Разсказчикъ сообщаетъ путешествіе къ средоточію Земли Герой разсказа однажды свергается, во время путешествія, въ пропасть, проникающую во внутренность Земли. Падая все далѣе, онъ достигаетъ планеты Назара, занимающей середину внутренней области и обитаемой одними деревьями. Онъ подробно описываетъ обычаи, нравы и общественное состояніе величественныхъ кедровъ, незыблемыхъ дубовъ и красивыхъ миртъ, и свое изгнаніе на первомъ спутникѣ этой внутренней земли, который называется Мартини и обитаемъ обезьянами; затѣмъ онъ говоритъ о своемъ путешествіи на трехъ другихъ спутниковъ: Гармонику, заселенную живыми музыкальными инструментами, Мезендоръ, гдѣ царствуетъ Слонъ X и Каму, гдѣ существуютъ люди, довольно похожіе на насъ, и т. д.
Объ этой неисчерпаемой темѣ труднѣе молчать, нежели говорить, и подобными разсказами легко можно было бы поддерживать вниманіе слушателей въ теченіе нѣсколькихъ часовъ. По этому случаю мы вспоминаемъ о приключеніяхъ воздухоплавателя Пфаала, который, по донесенію Эдгарда Поэ, совершилъ большое интересное путешествіе въ область луны. Помощью легкаго и плотнаго воздушнаго шара съ пріемникомъ для воздуха, годнаго для дыханія, путешественникъ въ 19 дней прибылъ изъ Роттердама на луну, добросовѣстно записывалъ всѣ событія своего странствованія, отмѣтилъ метеорологическія явленія, которыя однако рѣдко имѣлъ случаи производить на пути, различный видъ Земли по мѣрѣ удаленія отъ нея, и въ заключеніе говоритъ о своемъ изумленіи, когда, по прибытіи на луну, увидѣлъ крошечныхъ людей со странными привычками, обычаями и нравами. Обо всемъ этомъ можно убѣдиться по документу, который одинъ обитатель луны вручилъ 30 Февраля 1830 года бургомистру Супербу Фанъ Ундердуку.
Кто не помнитъ о шумѣ, который надѣлало небольшое сочиненіе, появившееся въ послѣднихъ мѣсяцахъ 1835 года подъ ложнымъ именемъ Гершеля сына, гдѣ дерзко разсказывали величайшія глупости о лунѣ? Но выдуманному донесенію, напечатанному въ одной американской газетѣ, И. Гершель, отправленный на Мысъ Доброй Надежды для астрономическихъ наблюденій, увидѣлъ на лунѣ очаровательное зрѣлище, которое, по собственнымъ словамъ автора, не наименовавшаго себя, самымъ искуснымъ перомъ въ прозѣ не можетъ быть описано какъ слѣдуетъ, и "только воображеніе, на крыльяхъ поэзіи, въ состояніи представить сравненія, чтобы дать понятіе о возвышенности ландшафта, гдѣ темныя бегемотныя скалы, валами выдаются въ воздухѣ надъ крутизнами пропастей; лѣса, кажется, простираются посреди воздуха." Великолѣпные амфитеатры мелкихъ и крупныхъ холмовъ блестѣли на солнцѣ тысячами рубиновъ: ручьи серебристаго цвѣта стекали со скалъ; желтые склоны чистаго золота тѣснились сѣтью въ видѣ вѣтвей на горизонтальномъ слоѣ скалъ, и были окружены зеленѣющимъ горнымъ лѣсомъ; овцы съ рогами, бѣлыми какъ слоновья кость, паслись на лугахъ съ антилопами и зебрами. Водяныя птицы въ огромномъ числѣ плавали по озерамъ. Лунные люди представляли родъ окрыленныхъ существъ. "Они были вышиною около 4 футовъ, и все ихъ тѣло, исключая лица, было покрыто короткими гладкими волосами мѣднаго цвѣта, а крылья состояли у нихъ изъ тонкой упругой голой перепонки, которая сзади свертывалась и опускалась отъ плеча до икръ." Эти крылья были очень велики, когда ихъ распускали, и по своему строенію походили на крылья летучихъ мышей. Эти люди, бесѣдуя, порхали отъ холма къ холму и т. д. Всѣ эти чудеса представлялись какъ на разстояніи въ нѣсколько сотъ футовъ.
Шумъ, который надѣлало это сказочное донесеніе, побудилъ Араго, въ засѣданіи 2 ноября 1835 года, отвергнуть, отъ имени Института, это описаніе, какъ мистификацію. Кстати замѣтимъ, что въ публикѣ распространилось ложное мнѣніе, будто грубая сказка эта сплетена бывшимъ членомъ парижской обсерваторіи, между тѣмъ какъ въ дѣйствительности, по всей вѣроятности, лунную сказку, носящую очевидные признаки невозможнаго, изобрѣлъ американецъ Локъ.
Не смотря на занимательность исторіи научнаго романа, мы не станемъ разсматривать нашъ предметъ далѣе по этому направленію. Такое отклоненіе въ самомъ дѣлѣ не соотвѣтствуетъ духу нашего сочиненія. Станутъ ли однако удивляться, если мы скажемъ, что во всемъ томъ, что придумали объ обитателяхъ планетъ, собственно говоря, нѣтъ ничего серіознѣе этихъ невѣроятныхъ разсказовъ? Объ этомъ можно судить, обращая вниманіе на описаніе самыхъ теорій, касающихся этого предмета.
Мы начнемъ съ одного изъ первыхъ философовъ и глубочайшихъ мыслителей.
Отецъ нѣмецкой философіи, Эмануилъ Кантъ, утверждаетъ, въ своей Общей естественной исторіи и теоріи міра (1755 года): "Вещество, изъ котораго состоятъ обитатели различныхъ планетъ и даже животныя и растенія, должно быть вообще тѣмъ легче и тоньше, и упругость волоконъ, вмѣстѣ съ благопріятнымъ строеніемъ тѣла, тѣмъ совершеннѣе, чѣмъ дальше они находятся отъ солнца. Далѣе: "Мы болѣе чѣмъ съ вѣроятностью можемъ полагать, что превосходство мыслящихъ существъ, быстрота ихъ соображеній, ясность и живость пониманія, пріобрѣтаемаго внѣшними впечатлѣніями, способность соединять понятія и наконецъ ловкость исполненія, словомъ, ихъ совершенство во всемъ объемѣ подлежитъ опредѣленному правилу, по которому они тѣмъ превосходнѣе и совершеннѣе, чѣмъ дальше ихъ мѣстопребыванія отъ солнца." Далѣе: "Мы не хотимъ распространять это предположеніе далѣе границъ, положенныхъ физическимъ изложеніемъ, и еще разъ упомянемъ о вышеприведенной аналогіи, что совершенство духовнаго, какъ и матеріальнаго міра на планетахъ, отъ Меркурія до Сатурна, или можетъ быть еще дальше (если существуютъ еще другія планеты) представляютъ вѣрный рядъ возрастанія и совершенствованія, соотвѣтственно ихъ разстоянію отъ солнца."
По этой теоріи, обитатели нижнихъ планетъ Меркурія и Венеры, можетъ быть, еще слишкомъ матеріальны, чтобы поступать разумно, и ихъ умственныя способности далеко еще не развиты до такой степени, чтобы могли отвѣтствовать за свои поступки; обитатели Земли и Марса живутъ въ состояніи между несовершенствомъ и совершенствомъ въ безпрерывной борьбѣ вещества, которое покоряется низшимъ инстинктамъ, съ духомъ, который стремится къ добру; это состояніе тѣмъ вѣроятнѣе, что обѣ планеты, похожія въ астрономическомъ отношеніи, занимаютъ одно и то же кольце въ средней области солнечной группы; обитатели отдаленныхъ планетъ отъ Юпитера до границъ системы, которыя знаменитый философъ расширилъ, какъ бы предвидя открытія, сдѣланныя позднѣе, далѣе Урана, находятся въ состояніи высшаго совершенства и блаженства. Къ нимъ можно отнести слова Галлера: "Звѣзды, можетъ быть, мѣста пребыванія блаженныхъ духовъ, и на нихъ властвуетъ добродѣтель, какъ здѣсь господствуетъ порокъ."