Да, человѣчество, точно отдѣльный человѣкъ, имѣетъ границы усовершенствованія, надѣемся границы отдаленныя, но все-таки границы, которыя оно переступить не можетъ и достиженіе которыхъ означаетъ начало его паденія. Наши способности и силы ограничены, и даже элементы нашего усовершенствованія имѣютъ предѣлы: когда сгараніе окончилось, настала нора угасанія пламени.
Исторія Земли, безъ сомнѣнія, зависитъ отъ условій ея обитаемости. Неоживленная природа предшествуетъ оживленной, а послѣдняя подвержена вліянію первой. Оттого не излишне изслѣдовать законъ жизни, управляющій существованіемъ обитателей нашей планеты, законъ, отъ котораго зависитъ постоянное бытіе на поверхности Земли.
Сознаемся, что законъ жизни есть законъ смерти. Изъ всѣхъ организмовъ, населяющихъ Землю, нѣтъ ни одного, который не жилъ бы на счетъ другаго организма, животнаго или растительнаго. Отъ самой простой и низшей породы грибовъ до высочайшей формы на ступеняхъ земныхъ созданій, до двурукихъ, всѣ организмы существуютъ для питанія жизни.
Растенія, эти существа со столь таинственнымъ донынѣ бытіемъ, въ которыхъ Гете, при рачительныхъ наблюденіяхъ, предполагалъ душу, живутъ, чтобы быть съѣденными. Животныя, питающіяся растеніями, въ свою очередь, служатъ пищею другимъ животнымъ, которыхъ существованіе есть только продолжительное пожираніе,-- послѣднія же составляютъ пищу иныхъ животныхъ, и т. д. Живыя существа могутъ жить, только пожирая другъ друга. Строгій законъ англійскаго политико-эконома Мальтуса, хотя и преувеличенъ, но въ своемъ основаніи вѣренъ. Онъ говоритъ: "Всякій человѣкъ, не способный прокормиться, или котораго работа ненужна для общества, на Землѣ излишенъ. Для него у стола жизни нѣтъ прибора; природа приказываетъ ему удалиться и не медлить выполнить такое приказаніе." Законъ смерти есть законъ всѣхъ живыхъ существъ на Землѣ, и примѣняется также къ намъ. Если бы мы могли подъ конецъ своей жизни собрать громадную кучу существъ, служившихъ намъ въ пищу, каждый изъ насъ ужаснулся бы. То, что мы говоримъ о себѣ, въ большей или меньшей степени, относится ко всѣмъ оживленнымъ существамъ, какъ растительнымъ, такъ и животнымъ: законъ жизни есть законъ смерти.
Такого состоянія Земли никто не можетъ отрицать, и къ такому состоянію мы привыкли до того, что болѣе не знаемъ его. Этотъ законъ смерти, именно у людей, къ сожалѣнію, еще расширился, и мы надѣемся, что они отъ этого не погибнутъ. Люди, находящіеся въ главѣ безпрерывной борьбы живыхъ существъ на Землѣ, довели губительный законъ до крайности, примѣняя его къ самимъ себѣ. Съ самаго начала существованія человѣческаго общества, какъ на ступени высочайшаго просвѣщенія, такъ и въ состояніи варварства, люди ведутъ войну, уничтожая другъ друга. Повѣрите ли вы этому, мирные обитатели міроваго пространства?
Такія условія господствуютъ надъ нами и отъ твердо-укоренившихся мыслей, приняли характеръ необходимости; такія условія тѣсно связаны съ нашимъ родомъ, котораго матеріальныя нужды неотразимы. Первыя дикія племена, которыя историкъ находитъ въ началѣ всѣхъ народовъ, существовали подобно животнымъ, пользуясь правомъ естественнаго выбора, т. е. завладѣвая элементами своего существованія. Прежде нежели эти народы выучились говорить и придумали искусства, даже прежде, нежели они умѣли размышлять, имъ приходилось бороться съ животными и людьми съ того мгновенія, когда приходилось охранять обладаніе извѣстной области. Эта борьба проявлялась въ видѣ нападенія или обороны, и всегда имѣла единственною цѣлью доставить борющемуся средства для обезпеченія жизни. Этимъ основались первыя права и первыя силы. Племена увеличивались, мѣняли свои мѣстопребыванія, потому что ихъ обременяли невзгоды природы или привлекали прелести болѣе счастливой жизни. Одни слѣдовали за другими, основывали отечество и народы, но не отказывались отъ войны, хотя и не по первоначальнымъ побудительнымъ причинамъ. Уже давно созрѣвшіе народы вступали въ бой по высокомѣрію и честолюбію. Когда первыя потребности удовлетворены, естественные недостатки устранены, народы утончаются въ искусствѣ разрушенія, пользуясь для этого результатами науки. Такимъ образомъ недостатки человѣчества возникаютъ именно изъ организаціи нашей Земли. Природа человѣка тѣсно связана съ природою Земли; если бы послѣдняя была совершеннѣе нынѣшняго, то и люди представляли бы меньше недостатковъ. Мы прямо утверждаемъ, что законъ смерти, господствующій надъ нашимъ міромъ, составляетъ причину общественнаго недостатка, о которомъ мы говоримъ. Если бы этотъ ужасный законъ не существовалъ, человѣчество, съ перваго дня, жило бы въ лонѣ мира и счастія.
Большая часть угнетающихъ насъ золъ имѣютъ основную причину въ недостаткахъ нашего міра. Если мы вникнемъ въ сущность дѣла, то постигнемъ, что наши личные и общественные недостатки не возникли бы въ мірѣ, который не пробудилъ бы ихъ. Еслибъ по крайней мѣрѣ временно обладаніе элементовъ нашего существованія не было необходимо, наша планета питала своихъ жителей, не при такихъ строгихъ условіяхъ жизни и не требуя столь большихъ жертвъ, никому не пришло бы на мысль похищать вещи, которыя всякій могъ бы долетать себѣ, не произошло бы воровства, а вмѣстѣ съ воровствомъ смертоубійства, лжи и всѣхъ пороковъ, причина которыхъ кроется въ жадности.
Все въ природѣ дѣйствуетъ другъ на друга, а потому, по матеріальности нашего существа, оно не могло сдѣлаться совершенно духовнымъ. Такъ какъ грубыя наклонности господствуютъ надъ нашимъ тѣломъ, онѣ должны были имѣть вліяніе и на побужденія нашей души. Поэтому благороднѣйшее стремленіе нашего духа подъ вліяніемъ оболочки, бременѣющей надъ нами отъ рожденія, не могутъ развиться свободно; мы стѣснены и должны вникать въ наше состояніе, вполнѣ соотвѣтствующее физическимъ свойствамъ Земли, чтобы найти источникъ нашихъ потребностей, желаній и первыхъ побужденій. Источникъ всѣхъ недостатковъ, даже возникающихъ изъ самаго просвѣщенія, можно отыскать въ нашемъ природномъ состояніи. Если обозрѣть сумму человѣческихъ возбужденій отъ могучаго пламени естественной любви до ледяной холодности болѣзненной скупости, легко найти ихъ зародышъ въ потребностяхъ, обусловленныхъ земною организаціею.
Обратимъ вниманіе на основной законъ существованія нашего и всѣхъ живыхъ организмовъ на Землѣ, на законъ, который требуетъ, чтобы мы добывали себѣ пищу, состоящую изъ остатковъ другихъ организмовъ, и на то, что мы можемъ жить, только вырывая растенія и умерщвляя животныхъ. Можно ли вѣрить, что такой законъ необходимъ и полный порядокъ не допускаетъ жизни безъ жертвъ? Можно ли вѣрить, что во всѣхъ мірахъ человѣчество вынуждено умерщвлять и поглощать для поддержанія своего бытія? Такое мнѣніе кажется намъ рѣшительно ошибочнымъ.
Развѣ было бы чрезвычайнымъ явленіемъ, еслибъ извѣстныя тѣла имѣли такое свойство, что внутренній ихъ организмъ заключалъ условія долговѣчности? Было ли бы, съ другой стороны, поразительно, представить себѣ питающія атмосферы, проникнутыя питательными элементами, которые соединяются съ тѣлами, имѣющими свойства, соотвѣтственныя этой атмосферѣ?