-- Осьмнадцать миль для такихъ небольшихъ ногъ, какъ мои, потому что вы согласитесь, что у меня ноги не длинны.
-- Онѣ могутъ быть длиннѣе, сказалъ дѣдушка.
-- Онѣ будутъ длиннѣе, сказала мать.
-- Не говоря уже о томъ, что первый выходъ бываетъ въ пять часовъ утра зимою и лѣтомъ.
-- Весною и осенью, сказалъ отецъ.
-- Сколько огорченій бѣдняжкѣ! сказала мать.
-- Маменька! на одно это я не сталъ бы и жаловаться; я знаю очень хорошо, какъ говоритъ папенька и учитель Кульмъ, что за наукою можно и далеко сходить, и что не надобно жалѣть трудовъ для пріобрѣтенія знаній; всѣ скажутъ, что я исправно хожу въ школу; но когда за то, что я минутой опоздаю, меня бранятъ, наказываютъ! Нѣтъ, папенька, отдайте меня въ башмашники, въ сапожники, въ трубочисты, если угодно: только не требуйте, чтобъ я былъ музыкантомъ -- это очень тяжело.
-- А между тѣмъ имъ-то тебѣ и должно быть, сказалъ отецъ.
-- Развѣ когда Гретри были другимъ чѣмъ, а не музыкантами? сказалъ старый Гретри. Я знаю, мой милый, что занятіе музыкою, по крайней мѣрѣ въ наше время, не ведетъ къ обогащенію; можетъ быть, это будетъ со временемъ; но оно ведетъ къ довольству и почестямъ! По моему, надобно быть музыкантомъ и честнымъ человѣкомъ, и непремѣнно обоими вмѣстѣ; одно безъ другаго не годится. Видишь-ли, Андрей: одно ключъ къ so l, другое ключъ къ fa, или, если хочешь, верхняя и нижняя ноты; а ты знаешь, имъ надобно итти вмѣстѣ и согласно: словомъ, еслибъ кто оказалъ: музыкантъ и честный человѣкъ.
-- И такъ надобно, чтобъ я былъ музыкантомъ, сказалъ Андрей тяжело вздохнувъ.