-- Пусть будетъ по вашему, сказалъ онъ небрежно. Я тѣмъ не менѣе провелъ тотъ день очень пріятно, и также провелъ бы его и онъ еслибы.... впрочемъ я молчу. Гдѣ вы будете спать Бекъ?
-- На вашемъ диванѣ, если позволите.
-- Нѣтъ, вы будете спать на моей постели. Вы еще не совсѣмъ здоровы. И прошу васъ, обратился онъ къ Стендрингу, -- будьте здѣсь какъ дома. Моя квартира принадлежитъ теперь Беквису, а его мнѣ. И если вы любите ходить въ театръ, почему вы....
-- Я буду просить васъ сопутствовать мнѣ. Я понимаю и благодарю васъ, мистеръ Гилль, отвѣчалъ Стендрингъ.-- Въ общественныя мѣста грустно ходить одному, и я, признаюсь, очень люблю театръ. Меня не пускали туда когда я былъ молодъ. Вчера я видѣлъ піеску которая тронула меня какъ ни одна до сихъ поръ не трогала.
-- Что же это было?
-- Я даже не знаю названія. Я вошелъ въ какой-то театръвъ Страндѣ среди представленія. Надо будетъ посмотрѣть піесу еще разъ чтобъ узнать вполнѣ содержаніе. Знаю только что человѣкъ нѣкогда извѣстный и любимый въ своей деревнѣ возвратился туда послѣ двадцатилѣтняго отсутствія, и никто, даже его родное дитя, не узнаетъ его.
-- Рипъ Ванъ-Винкль?
-- Да, его звали такъ. Я похожъ на Рипъ Ванъ-Винкля въ Англіи. Когда этотъ бѣднякъ сказалъ что когда-то не было ребенка который бы не бросался къ нему или собаки которая бы не махала хвостомъ когда онъ проходилъ, но что теперь дѣти бѣгутъ отъ него со страхомъ, а собаки лаютъ на него, я.... я расплакался какъ дуракъ, а публика смѣялась.
-- Публика -- собраніе идіотовъ! воскликнулъ Джекъ съ негодованіемъ.-- Я самъ видѣлъ эту піесу нѣсколько разъ, и публика смѣялась всегда невпопадъ. Но надо отдать справедливость партеру и галлереѣ. Они понимаютъ правильно, и не стыдятся выказывать свое чувство. Меня, кажется, нельзя назвать человѣкомъ чувствительнымъ, но я не могъ удержаться отъ слезъ смотря на нѣкоторыя піесы, и готовъ плакать опять если ихъ будутъ играть хорошо. Но вспомните, мистеръ Стендрингъ, продолжалъ онъ, -- хорошо все то что хорошо кончится. Рипъ кончилъ тѣмъ что возвратилъ себѣ свои права, служа тѣмъ кого онъ любилъ и платя врагамъ добромъ за зло.
-- У меня нѣтъ ни друзей, ни враговъ, мистеръ Гилль, возразилъ Стендрингъ, -- но тѣмъ не менѣе благодарю васъ за ваше замѣчаніе.