-- Ну хорошо, вашъ. Вы вѣдь требуете мщенія? Вы вѣдь жаждете его, не правда ли?
-- Могу васъ увѣрить что нѣтъ, возразила мистрисъ Клеръ тѣмъ неуловимымъ тономъ которымъ благовоспитанная женщина умѣетъ намекнуть на питаемое ею презрѣніе, не выражая его прямо.
-- Мнѣ жаль, ради Джека, ради мистера Гилля, что попытка наша не удалась. Вотъ и все.
-- Итакъ, ради Джека.... отчего вамъ не называть его Джекомъ... вы готовы были бы придумать новый заговоръ? Помните что Гамлетъ говоритъ убійцѣ въ трагедіи, мистеръ Виллертонъ?
-- Вы хотите сказать также: "Бросьте всѣ эти гмъ, гримасы и говорите прямо."
-- Именно такъ.
-- Благодарю васъ за сравненіе меня съ убійцей, мистрисъ Клеръ. Вы-таки, я вижу, читаете вѣрно иногда газеты, что вы тамъ ни говорите. Ну, хорошо, я буду говорить прямо. Джоржъ Конвей въ Англіи.
-- Не можетъ быть! воскликнула съ внезапнымъ оживленіемъ мистрисъ Клеръ. Гдѣ же, гдѣ?
-- А! Этого я не могу сказать вамъ. Все что я знаю, это то что его можно найти... И затѣмъ онъ разказалъ ей исторію съ браслетомъ, такъ же какъ и объ угрожавшемъ вслѣдствіе ея процессѣ, и заключилъ заявленіемъ что новость эту надо было бы сообщить какъ-нибудь Джеку.
-- Отчего вы не хотите сами сказать ему это? сказала мистрисъ Клеръ, -- онъ быть бы такъ доволенъ, такъ благодаренъ вамъ. Пожалуста, скажите это ему сами.