-- Онъ человѣкъ больной, Андрью, помните это. Намъ надо немножко соображаться съ этимъ.
-- Я вовсе не буду соображаться съ этимъ. Если онъ будетъ въ состояніи коснуться этого предмета, то долженъ быть въ состояніи выслушать и всю правду и загладить, насколько можно, сдѣланное имъ зло, не въ отношеніи меня, о себѣ я не думаю, но въ отношеніи къ ней.
-- Это отецъ вашъ довелъ его до этого, Андрью.
-- Я не щадилъ при этомъ дѣлѣ отца моего; я не пощажу и его, возразилъ Андрью.
-- Я убѣжденъ что вы поступите какъ слѣдуетъ, сказалъ Блексемъ,-- несмотря на всю наружную суровость вашу. Поѣдемте.
-- Вотъ что хорошо, такъ хорошо съ вашей стороны, говорилъ лордъ Гильтонъ, между тѣмъ какъ Блексемъ садился около постели его.-- Но какъ скоро вы пріѣхали! Я думалъ что вы еще не успѣли получить Джекова письма.
-- Я былъ такъ радъ воспользоваться сейчасъ же приглашеніемъ вашимъ, милордъ, и радость моя еще увеличилась когда я нашелъ васъ въ гораздо лучшемъ состояніи нежели ожидалъ.
Графъ печально покачалъ головой.
-- Я ужь никогда не буду тѣмъ чѣмъ былъ прежде. Но не называйте меня "милордомъ", Мартинъ. Называйте меня попрежнему, какъ бывало въ старое время. Я желаю поговорить съ вами о старыхъ временахъ, Мартинъ.
-- Увѣрены ли вы въ своихъ силахъ для этого? Вспомните, съ тѣми временами связаны тяжелыя воспоминанія.