-- Я не хочу больше заниматься ювелирнымъ искусствомъ -- вотъ въ чемъ дѣло. У меня другіе планы.
-- Какіе же это?-- насмѣшливо спросилъ Симонъ.-- Ты, вѣроятно, хочешь стать епископомъ. Очень жаль, однако, что, кромѣ азбуки, ты ничего не знаешь.
-- Я хочу быть художникомъ,-- съ тѣмъ же спокойствіемъ отвѣчалъ Сандро.
-- Чортъ возьми!-- вскричалъ его хозяинъ.-- Я такъ этого и ждалъ. У нихъ у всѣхъ является это желаніе, лишь только они сумѣютъ сдѣлать браслетъ или гирлянду. Они все ссылаются на Джотто, который былъ ювелиромъ, а потомъ создалъ Кампанилу, и на Мазаччьо, который уже потомъ изобразилъ жизнь св. Петра. А Донателло, Гиберти, Брунелески и другіе! Но ты-то не Джотто, несчастный! ты и не Мазаччьо! Ты -- плохой ремесленникъ, у котораго на грошъ знаній, а на пятакъ гордости. Художникъ! Синьоръ Сандро хочетъ быть художникомъ! Какая прелесть!
И онъ притворно разсмѣялся, хотя ему было вовсе не до смѣха, такъ какъ уходъ Сандро означалъ для него потерю лучшаго ученика, который когда-либо былъ въ его мастерской.
-- Можно узнать,-- сказалъ онъ насмѣшливо:-- кому же теперь будетъ ввѣрено обученіе такого ученика?
-- Фра Филиппо Липпи, если только онъ пожелаетъ заняться со мной,-- попрежнему спокойно отвѣтилъ Сандро.
Маэстро Симонъ снялъ шапку и отвѣсилъ насмѣшливый поклонъ.
-- О, о!-- произнесъ онъ.-- Фра Филиппо Липпи! Преклоняюсь. Желаю вамъ успѣха, мой милый.
Сандро былъ уже на порогѣ, но Симонъ положилъ ему руку на плечо.