Сегодня тѣло Джуліано, пронзенное кинжаломъ двадцать разъ, будетъ возложено на лоно его предковъ. Среди молитвы въ церкви слышатся воспоминанія, сожалѣнія. Флорентійская молодежь облачилась въ трауръ: она оплакиваетъ того, кто, не давая чувствовать своего положенія, былъ для нихъ добрымъ товарищемъ. Но еще болѣе трогаетъ толпу неожиданная новость:, послѣ Джуліано остался сынъ, тайно прижитый имъ съ нѣкоей Горини, котораго Лоренцо выразилъ желаніе принять въ лоно своей семьи.
Всѣ глаза обращены на главу рода Медичи.
Вотъ онъ стоитъ весь въ траурѣ, отчего кажется еще выше. Желтый свѣтъ свѣчей озаряетъ его измученное лицо. Онъ погруженъ въ думы.
Угнетаемый тоскою и тяжелымъ воздухомъ, наполненнымъ запахомъ расплавленнаго воска, Лоренцо наконецъ не выдерживаетъ и начинаетъ рыдать при звукахъ отпѣванія, которые медленно несутся подъ церковными сводами. Его голова опускается на грудь.
Вдругъ одна мысль заставляетъ его выпрямиться.
Вотъ онъ теперь владыка Флоренціи. Теперь онъ царствуетъ въ траурномъ городѣ. Взгляды всѣхъ ясно говорятъ ему объ этомъ. Въ немъ видятъ избранника Божія, котораго Богъ спасъ чудомъ, дабы дать ему возможность исполнить судьбы Флоренціи.
Кто теперь посмѣетъ коснуться его?
Настало настоящее его царствованіе. Черезъ нѣсколько дней начался сильный дождь, который такъ упорно портилъ иногда тосканскую весну. Рѣка Арно въ Пизѣ вышла изъ береговъ, рѣка Омброне около Поджіо опустошила насажденія и снесла нѣсколько хижинъ. Въ самой Флоренціи мирный ручей Миньоны, три четверти года сухой, также затопляетъ пригородные сады. Земледѣльцы въ большомъ количествѣ стекаются въ городъ и, расплываясь въ жалобахъ, бьютъ себя кулаками по бедрамъ, какъ это дѣлаютъ крестьяне, когда ихъ постигаетъ непріятность.
-- Нашъ урожай пропалъ,-- говорятъ они флорентинцамъ:-- и въ этомъ виноваты вы. Вы позволили взять ночью тѣло повѣшеннаго мессера Джакопо. Его похоронили въ семейной усыпальницѣ, въ священномъ мѣстѣ, его, который умеръ съ богохульствомъ на устахъ и поручилъ свою душу дьяволу! Богъ прогнѣвался на это и теперь наказываетъ насъ всѣхъ.
Такія рѣчи и слезы не могли не подѣйствовать на народъ. Толпа устремилась къ усыпальницѣ Пацци, отрыла тѣло Джакопо и похоронила его внѣ города въ ямѣ, выкопанной подъ городскимъ валомъ.