-- Вотъ видите. Мнѣ было бы очень непріятно, еслибъ человѣкъ, мирно работавшій на фабрикѣ въ продолженіи пятнадцати лѣтъ, отошелъ тотчасъ послѣ моего пріѣзда. Къ тому же онъ необыкновенно уменъ и прекрасный работникъ.
-- Да. Онъ могъ бы завѣдывать цѣлой фабрикой. У него отличная голова, но неукротимый нравъ погубитъ его.
-- Я дорого бы далъ, чтобы укротить этотъ нравъ, замѣтилъ Себастьянъ, размышляя вслухъ.
-- Что вы говорите? спросилъ Сутклифъ, для котораго слова молодого хозяина были непонятны, какъ санскритскій языкъ.
-- Позвольте мнѣ дѣйствовать въ этомъ дѣлѣ по моему, мистеръ Сутклифъ, отвѣчалъ съ улыбкой Себастьянъ: -- но я вамъ обѣщаю отказать Майльсу Гейвуду въ понедѣльникъ, если дѣло не приметъ ожидаемаго мною оборота.
Въ эту минуту въ кабинетъ управляющаго, гдѣ происходилъ этотъ разговоръ, вошелъ мальчикъ, служившій при конторѣ.
-- Молодой джентльмэнъ пріѣхалъ за вами, сэръ, въ кабріолетѣ, сказалъ онъ:-- и Гейвудъ спрашиваетъ, можетъ ли онъ васъ видѣть.
-- Позовите его сюда, а молодому джентльмэну въ кабріолетѣ скажите, что я сейчасъ выйду.
-- Я васъ оставляю съ глазу на глазъ съ бунтовщикомъ, мистеръ Милори, сказалъ вставая Сутклифъ:-- я бы очень желалъ знать, пришелъ ли онъ просить прощенія или отказаться.
-- Я самъ такъ же мало знаю о томъ, что онъ сдѣлаетъ, какъ сова на церковной колокольнѣ, отвѣчалъ Себастьянъ.