-- Я надѣюсь, что я вамъ не помѣшалъ, произнесъ Себастьянъ очень любезно.
-- О, нѣтъ! сдѣлайте одолженіе, садитесь, отвѣчала какъ можно радушнѣе молодая дѣвушка:-- мы сидѣли одни съ Нэдомъ и болтали. Вотъ Нэдъ, сэръ. Вы его, кажется, еще не видали?
Эдмундъ не зналъ о ненависти Майльса къ его хозяину, а только слыхалъ его презрительное о немъ мнѣніе, какъ о модномъ франтѣ, непригодномъ для такого рабочаго города, какъ Тансопъ. Отличаясь врожденной склонностью къ красотѣ и изяществу, бѣдный больной съ восхищеніемъ смотрѣлъ на красиваго, блестящаго и изящнаго молодого человѣка, который съ любезной улыбкой протянулъ ему руку, говоря:
-- Вы, кажется, больны?
-- Я былъ боленъ, но теперь мнѣ лучше.
-- Вы, вѣроятно, братъ и сестра Майльса Гейвуда? продолжалъ Себастьянъ.
-- Да, отвѣчали въ одинъ голосъ молодые люди съ замѣтной гордостью.
-- Вы, вѣроятно, знаете, сказалъ Себастьянъ, садясь на стулъ подлѣ дивана и обращаясь къ Мэри:-- что вашъ братъ вычеркнулъ изъ списка моихъ рабочихъ ваше и свое имя?
-- Да, отвѣчала Мэри, покраснѣвъ отъ смущенія, а Эдмундъ, слыша объ этомъ теперь впервые, взглянулъ на сестру съ удивленіемъ.
-- Это было ваше желаніе покинуть такъ неожиданно мою фабрику?