-- Полноте, миссъ.
-- Вы говорили съ нимъ какъ будто вы его знаете. Кто это?
-- Да, его всѣ здѣсь знаютъ; это -- сынъ Спенслея, богатаго фабриканта, по прозвищу "Торгашъ Жакъ".
-- О, я знаю, о комъ вы говорите. Бѣдный человѣкъ! какъ я сожалѣю, что у него такой сынъ.
-- Вы его прежде видали? спросилъ Майльсъ, убѣждаясь, что онъ былъ правъ, принимая свою сосѣдку за новое лицо въ Тансопѣ.
-- Я его видѣла нѣсколько разъ въ послѣднее время. Я какъ-то всюду его встрѣчала. Однажды мнѣ показалось, что онъ шелъ за мною, но я не хотѣла вѣрить такой нелѣпости. Однакоже, теперь я полагаю, что онъ уже давно меня преслѣдуетъ.
Майльсъ съ необыкновеннымъ удовольствіемъ слушалъ голосъ молодой дѣвушки, звучный, нѣжный, очаровательный. Въ немъ былъ какой-то иностранный акцентъ, хотя Майльсъ и не могъ разобрать, къ какой національности онъ принадлежалъ. Она смотрѣла на него прямо, открыто, и ея лицо, освѣщенное внутреннимъ огнемъ, дышало красотой, умомъ и благородствомъ; тонкая фигура ея поражала своей граціозной позой, а просто причесанные каштановые волосы были такъ великолѣпны и роскошны, что сами по себѣ могли сдѣлать ея наружность замѣчательной. Майльсъ ясно сознавалъ, что она была аристократка, но не могъ увѣрить себя, что она глупа и пошла, какъ остальныя. Въ ея обращеніи съ нимъ не было ничего пошлаго, и это льстило ему, когда онъ вспоминалъ, какъ она обошлась съ мистеромъ Спенслеемъ.
-- Еще разъ благодарю васъ, прибавила молодая дѣвушка, улыбаясь и протягивая ему руку.
Майльсъ забылъ свою застѣнчивость и отъ всей души пожалъ руку, столь чистосердечно ему протянутую. Это дало ему силу рѣшиться на то, что онъ считалъ своимъ долгомъ съ самой той минуты, какъ она заговорила съ нимъ.
-- Очень радъ, что могъ оказать вамъ услугу, сказалъ онъ:-- позвольте мнѣ спросить васъ, далеко ли вы живете?