-- Ну, Майльсъ, будь полюбезнѣе, ты это умѣешь, когда захочешь, сказала Мэри и, обращаясь къ Адріеннѣ, прибавила:-- снимите вашу шляпку и садитесь за столъ. А потомъ Майльсъ проводитъ васъ домой. Ему дѣлать-то нечего.
-- О, теперь мнѣ не къ чему его безпокоить, отвѣтила Адріенна, бросая на Майльса свѣтлый, блестящій взглядъ: -- развѣ только показать ему дорогу къ намъ: онъ, кажется, забылъ ее.
-- Нѣтъ, я лучше провожу васъ; вѣдь сегодня субботній вечеръ, отвѣчалъ Майльсъ, усаживаясь подлѣ нея.
Адріенна была очень довольна теплымъ, дружескимъ пріемомъ въ этой рабочей семьѣ, и выраженіе ея лица это доказывало.
-- Ахъ, я забыла жареный хлѣбъ! воскликнула вдругъ Мэри съ безпокойствомъ:-- надо подождать немного чаю.
Майльсъ замѣтилъ, что можно обойтись и безъ жаренаго хлѣба, но Мэри настояла на своемъ и, нарѣзавъ ломти хлѣба, стала поджаривать ихъ у огня.
-- А ты, Майльсъ, сдѣлай бутерброды, только рѣжь куски потоньше и поаккуратнѣе, сказала она.
Майльсъ повиновался, но не успѣлъ онъ взять въ руки ножъ, какъ Адріенна его остановила.
-- Это не ваше дѣло, произнесла она со смѣхомъ, отбирая у него хлѣбъ и ножикъ:-- оно для васъ слишкомъ мелко и мирно. Я сдѣлаю за васъ.
Мэри каждую минуту чувствовала все большую и большую симпатію къ своей новой знакомой, а эта выходка привела ее въ совершенный восторгъ.