-- Я забылъ, что имѣю дѣло съ вами, но вы меня подстрекнули, заставивъ покраснѣть за мои "смутныя теоріи", какъ вы выражаетесь. Если вы не могли бы говорить такъ ни съ какимъ другимъ работникомъ, то неужели вы думаете, что я могъ бы такъ говорить съ какой-нибудь другой молодой дѣвушкой?
-- Нѣтъ, нѣтъ, я этого не полагаю, отвѣчала Адріенна и взглянула на него нерѣшительно, застѣнчиво.
Она вернулась къ своему стулу и взяла снова работу.
-- Вы подумаете о томъ, что я сказала, прибавила она.
-- Да и очень серьёзно. Я убѣжденъ, что вы правы, но я не могъ сразу этого понять. Это меня удивило.
Тутъ разговоръ, какъ бы по взаимному согласію, принялъ другой оборотъ. Они стали говорить о книгахъ. Сердце Адріенны сильно билось; а рыцарь нетолько удивилъ ее, но почти поборолъ и это ее приводило въ восторгъ.
Онъ не былъ слѣпымъ орудіемъ ея воли, онъ возсталъ противъ нея, какъ власть имѣющій. Его взглядъ и голосъ глубоко запали въ ея душу. Она была рада, что онъ не тотчасъ ушелъ послѣ этого разговора; ей отрадно было чувствовать его присутствіе, дышавшее такой мощной силой.
Вскорѣ дверь отворилась и слуга вкатилъ мистера Блиссета въ креслѣ и потомъ принесъ чай. Мистеръ Блиссетъ началъ говорить и Майльсъ его слушалъ со вниманіемъ. Время прошло незамѣтно и Майльсъ всталъ, боясь, что онъ уже надоѣлъ своимъ долгимъ присутствіемъ.
-- Нѣтъ, сказалъ мистеръ Блиссетъ: -- останьтесь, то есть если вы не устали. Племянница намъ что нибудь сыграетъ.
Онъ взглянулъ на Адріенну.