-- Пустяки. Иныхъ дѣвушекъ не оттащишь отъ "стѣнки". Кавалеры не хотятъ приглашать ихъ танцовать въ угоду кому бы то ни было. Но вы не такого рода дѣвушка, зачѣмъ же вамъ сидѣть съ ними.
-- О, это ничего не значитъ,-- сказала миссъ Персиваль, повидимому нѣсколько испуганная впечатлѣніемъ, произведеннымъ ея словами.
-- Нѣтъ, очень значитъ. Сегодня вы должны танцовать, и -- вы любите вальсъ?
-- Да, очень.
-- Вы будете вальсировать съ лучшимъ вальсеромъ. Въ этомъ я готова отдать ему справедливость, если больше за него почти сказать нечего. Вы знаете, о комъ я говорю?
-- Я... какъ же мнѣ знать?-- спросила миссъ Персиваль, сильно покраснѣвъ, несомнѣнно отъ радости, что представляется надежда вообще вальсировать.
-- Я говорю о мистерѣ Биддульфѣ. Онъ готовъ сдѣлать все, что я ему прикажу, и онъ будетъ вальсировать съ вами.
-- Но... но... я знаю его немного -- настолько, что онъ можетъ пригласить меня танцовать, если пожелаетъ. Ужасно было бы танцовать съ нимъ противъ его желанія.
-- Мистеръ Биддульфь ничего не сдѣлаетъ противъ своего желанія. Успокойтесь. Такъ вы его знаете?
-- Очень мало. Иногда я его встрѣчаю во время прогулки съ дѣтьми и онъ останавливается, чтобы спросить о здоровьѣ мистриссъ Пирсъ и о вашемъ. Иногда онъ спрашиваетъ, застанетъ ли онъ васъ дома, если заѣдетъ. Вотъ и все.