-- Вѣчно одна и та-же старая исторія,-- бормоталъ онъ.-- Что мужчины, что дѣвушки, все равно:-- "Мнѣ это больше нравится." -- А почему?-- Потому что нравится! Это становится однообразно.
Глава I.-- Маргарита Баррингтонъ.
Былъ прекрасный день въ половинѣ мая. Солнце ярко освѣщало большую, роскошно меблированную комнату, очевидно будуаръ или маленькую гостиную женщины богатой, хотя не отличавшейся очень изысканнымъ вкусомъ. Эстетическое развитіе, утонченное воспитаніе, развитой вкусъ блистали своимъ отсутствіемъ въ убранствѣ этой комнаты. Все въ ней имѣло такой видъ, что стоило вѣроятно очень дорого, но во всехъ замѣчалась странная смѣсь вульгарности и изящества, качествъ несовмѣстимыхъ, иногда почти достигавшихъ противоположности великаго и смѣшнаго. Былъ тутъ бархатный коверъ, свѣтлый, яркихъ и разнообразныхъ цвѣтовъ: фонъ былъ ярко голубой, украшенный медальонами изъ американскаго сукна, которые скорѣй напоминали чайные подносы, чѣмъ что-нибудь другое, и окаймлялись гирляндами цвѣтовъ всѣхъ колеровъ и всѣхъ родовъ, какъ извѣстныхъ, такъ и неизвѣстныхъ ботаникамъ. Высшіе, артистическіе авторитеты говорятъ, что коверъ долженъ быть наименѣе выдающимся предметомъ въ комнатѣ. Въ данномъ случаѣ, онъ былъ наиболѣе выдающимся. Можетъ быть, это была одна изъ причинъ, по которой владѣтельница его и выбрала. И въ остальной меблировкѣ комнаты вездѣ, гдѣ это было возможно, были яркіе цвѣта и, для избѣжанія однообразія, различные. Цвѣта, фасоны, стили были перемѣшаны очень смѣлымъ образомъ, что имѣло за себя, по крайней мѣрѣ, достоинство оригинальности,-- но очень странной.
Одной изъ характерныхъ особенностей этой комнаты было изобиліе столовъ, большихъ и маленькихъ, наполнявшихъ ее. Именно тамъ, гдѣ непосвященный посѣтитель могъ благоразумно ожидать найдти свободный проходъ къ дверямъ, къ окну, или къ фортепіано, тамъ неизбѣжно торчалъ какой-нибудь валкій, тонконогій столикъ, покрытый образцами новѣйшихъ и самыхъ уродливыхъ китайскихъ чудищъ или парижскимъ "бракомъ". Вещицы эти были куплены хозяйкой дома за articles de vertu; но ея непочтительный сынъ, Томъ, и его не менѣе непочтительная союзница Маргарита Баррингтонъ упорно называли ихъ: "бракомъ". Онѣ страшно надоѣдали всѣмъ пріятельницамъ хозяйки, она на нихъ тратила очень много и хотя всѣ единогласно признавали ихъ отравой жизни, она тѣмъ больше къ нимъ привязывалась.
Она, мистриссъ Робертъ Персъ, была, въ настоящую минуту, одна въ комнатѣ. Это была полная, бѣлокурая, красивая женщина, еще молодая, только обѣщавшая со временемъ сдѣлаться толстой и тяжелой на подъемъ. Одѣта она была во что-то въ родѣ пеньюара изъ легкой, бѣлой матерія, сшитаго à la Watteau, который, со своими оборочками и голубыми лентами, былъ ей къ лицу. Ея красивое лицо сильно раскраснѣлось, она откинулась на спинку кушетки, закрыла глаза, утомленно вздохнула и сжала руки на колѣняхъ.
-- О,-- прошептала она почти вслухъ,-- желала бы я знать: все-ли готово? Хоть бы онъ пріѣхалъ и успокоилъ меня на счетъ шампанскаго. Я знаю, что въ домѣ его мало, а что, какъ у насъ его не хватитъ въ послѣднюю минуту, о Господи!
Послѣ мгновенія, посвященнаго размышленію о возможности такой катастрофы, она неожиданно и легко вскочила, дернула сонетку и сказала слугѣ, явившемуся на ея призывъ:
-- Подайте чаю и скажите миссъ Баррингтонъ, что если она свободна, я желала-бы переговорить съ нею.
Съ этимъ она снова опустилась на свою кушетку и ждала, отъ времени до времени шевеля губами, точно мысленно обращаясь къ какому-нибудь любимому существу. Этого, однако, не было, какъ легко догадались бы всѣ знавшіе ее. Еслибъ можно было подслушать ея размышленія, они были бы приблизительно таковы:
-- Надо надѣяться, что онъ вспомнитъ, но мужчины такъ небрежны. Если жены за ними не смотрятъ, они, право, въ нѣкоторыхъ случаяхъ ведутъ себя какъ дураки. Мужья и повара -- не знаю, кто изъ нихъ хуже.