Затѣмъ Анджела сошла внизъ, и Мабель удалось увидать собственное лицо и судить о впечатлѣніи, производимомъ "ужаснымъ, толстымъ, шерстянымъ платьемъ и тяжелой шляпой", которыя составляли туалетъ положительно не по сезону для пикника въ очень жаркій августовскій день.
-- Не худо было бы имѣть бѣлое платье и соломенную шляпу,-- вздохнула Мабель:-- но того, чего у меня нѣтъ, я надѣть не могу -- это вѣрно. Гдѣ мой зонтикъ? Теперь, пожалуй, и сойти можно.
Она спустилась съ лѣстницы, вошла въ гостиную, по прежнему остававшуюся въ полумракѣ благодаря зеленымъ шторамъ, и застала тамъ Анджелу на диванѣ, а Филиппа Массей на стулѣ возлѣ нея. Они обмѣнивались нѣсколькими словами въ полъ-голоса въ тотъ моментъ, когда она входила; она почувствовала, что вспыхнула.
-- Здравствуйте!-- сказалъ Филиппъ вставая.-- Пришелъ посмотрѣть, готовы ли вы. Грэсъ ожидаетъ миссъ Берггаузъ и Германа.
-- Такъ пойдемте теперь къ Грэсъ, этимъ мы выиграемъ много времени,-- предложила Мабель.
-- Мы всѣ вмѣстѣ дойдемъ до омнибуса въ концѣ улицы,-- сказалъ Филиппъ, казавшійся невозмутимо счастливымъ и довольнымъ, и улыбавшійся при всякомъ обращеніи къ Мабель.
-- Я иду къ вамъ,-- упорствовала она:-- мнѣ надо переговорятъ съ Грэсъ.
Она направилась къ дверямъ, не обращая вниманія на слабое возраженіе Анджелы на счетъ того, что слишкомъ жарко, чтобы вдругъ, собраться, а такъ какъ она избрала этотъ рѣшительный путь дѣйствій -- имъ болѣе ничего не оставалось, какъ только послѣдовать ея примѣру.
Они такъ и сдѣлали; минуту спустя дѣйствіе было перенесено въ гостиную Грэсъ, съ поднятыми шторами, и только-что прибывшимъ, въ сопровожденія двухъ пріятелей Германа, обществомъ Бергтаузовъ; всѣ они громко и скоро говорили, здоровались и наконецъ отправились in corpore отыскивать омнибусъ, который долженъ былъ довезти ихъ до вокзала желѣзной дороги.