-- Что ты хочешь сказать? Какъ смѣешь ты говорить что-нибудь противъ нея? Я получилъ отъ нея письмо въ день моего отъѣзда изъ Гонконга, въ которомъ она радовалось моему возвращенію. Я....
Его спокойная рѣчь оборвалась, когда онъ взглянулъ сначала на одну, потомъ на другую; увидалъ блѣдное, суровое лицо Грэсъ, и страшное, измученное, страдальческое выраженіе на лицѣ Мабель.
-- Еслибъ я могла остановить это,-- начала бѣдная дѣвочка дрожащимъ голосомъ.
-- Мабель, вамъ слѣдовало сообщить мнѣ,-- сказала Грэсъ, но ее прервалъ сильный голосъ Филиппа, заглушавшій ихъ рѣчи:
-- Что остановить? Я желаю знать, что случилось! Гдѣ Анджела, и что она сдѣлала?
-- Она убѣжала съ мистеромъ Фордисомъ и обвѣнчалась съ нимъ,-- сказала Грэсъ, стоя передъ нимъ блѣдная, съ расширенными глазами и нервно сжатыми пальцами, готовая въ испугѣ спасаться бѣгствомъ, еслибы негодованіе Филиппа приняло буйный характеръ.
-- Мы только сегодня утромъ узнали, сейчасъ,-- сказалъ голосъ за его спиной,-- и узнали отсюда.
Это была Мабель, которая вложила письмо Анджелы ему въ руку. Филиппъ взялъ его молча, не удостоивая отвѣтомъ того, что считалъ гнусной и ужасной ложью.
Но во время чтенія, голова его, довольно смѣтливая, быстро уяснила себѣ все положеніе дѣла. Онъ не разразился проклятіями, не безумствовалъ, не топалъ ногами; но обѣ дѣвушки задрожали, когда онъ подошелъ къ камину, разорвалъ письмо, и, бросивъ его въ огонь, проговорилъ тихимъ голосомъ:
-- Я думалъ, что любимъ чистой сердцемъ женщиной, но, какъ кажется, я одураченъ и обманутъ грубой... ха, ха!