Анджела вскорѣ убѣдилась, что жизнь можетъ быть въ одно и то же время очень роскошной и необыкновенно скучной. Такова была жизнь, за которую она продалась; рабство это не дѣлалось легче отъ времени, и присутствіе сестры, на которое она сначала смотрѣла чисто съ формальной точки зрѣнія,-- не могла же Мабель жить одна,-- вскорѣ сдѣлалось для нея необходимостью. Въ Мабели не было ничего банальнаго. Она, повидимому, не питала неудовольствія противъ сестры; она покорно пришла и поселилась въ скучномъ, поставленномъ на большую ногу домѣ, въ которомъ Анджела жила съ мистеромъ Фордисомъ. Онѣ никогда не ссорились, или вѣрнѣе онѣ не ссорились ни разу послѣ одного случая, когда Анджела, съ отсутствіемъ деликатности, свойственнымъ подобнымъ ей натурамъ, попробовала заговорить о семействѣ Массей вообще, и о Филиппѣ въ частности и когда Мабель, съ яркимъ румянцемъ на щекахъ, и съ заблиставшими необычнымъ огнемъ кроткими глазами, сказала ей:
-- Анджела, знай, что если ты когда-нибудь еще разъ произнесешь при мнѣ имя Филиппа Массей или его сестры, я въ ту же секунду выйду изъ комнаты; выйду, хотя бы тутъ сидѣло сто человѣкъ.
Но Анджела никогда уже не дала ей случая исполнить эту угрозу.
Мабель питала родъ обожанія къ Грэсъ за доброту и великодушіе, которыя дали Грэсъ возможность забыть прошлое, остаться ея другомъ, пригласить ее въ себѣ. Она уже нѣсколько разъ гостила въ Red Lees и любила тамъ бывать. Грэсъ ее любила, мистриссъ Массей была всегда ласкова, Мабель питала величайшее уваженіе въ этой простодушной, но благородной женщинѣ, считая ее чѣмъ-то въ родѣ іоркширской Волумніи, но кроткой, веселой и обращенной въ христіанство. Мистеръ Массей любилъ ее, они всѣ ее любили, и она въ свою очередь питала къ нимъ нѣжную привязанность. Такъ какъ имя Анджелы упоминалось какъ можно рѣже, и съ полнымъ равнодушіемъ, дружба не прерывалась.
-- Съ тѣхъ поръ, какъ ты вышла,-- продолжала Грэсъ,-- былъ почтальонъ изъ города и принесъ мнѣ письмо.
-- Письмо! Отъ Фи... отъ твоего брата?-- спросила Мабель.
-- Отъ моего брата? Нѣтъ, дитя. Почему ты вѣчно воображаешь, что всѣ письма отъ моего брата? Мнѣ кажется, ты думаешь, что каждая почта приноситъ ихъ цѣлыми ворохами.
-- О, нѣтъ! Но иногда мнѣ думается, какъ ужасно было бы, еслибы онъ какъ-нибудь неожиданно вернулся домой до моего отъѣзда. Можетъ ли быть что-нибудь ужаснѣе?-- сказала Мабель, садясь, и съ нѣкоторымъ волненіемъ поглядывая на Грэсъ.
-- Отчего? Чтожь бы могло случиться? Какъ бы ты поступила, дѣвочка, при такихъ ужасныхъ обстоятельствахъ?
-- Я увѣрена, что я проваливалась бы сквозь землю всякій разъ, какъ онъ на меня взглянетъ, или, вѣрнѣе, что я чувствовала бы желаніе провалиться,-- сказала молодая дѣвушка, и горячій румянецъ медленно залилъ все ея лицо.