Источник текста: [Киевская старина. -- 1890. -- Т.29. -- No 4. -- С.101-120.]
I.
Разсказы объ упыряхъ, помѣщенные на страницахъ "Киевской Старины" освѣжили въ моей памяти множество разсказовъ, слышанныхъ мной еще въ дѣтствѣ объ ужасномъ событии, которое случилось въ моемъ родномъ селѣ Нагуевичахъ, дрогобичскаго вѣзда въ Галиции, въ памятномъ 1831 году. Разсказы эти, которые когда то производили потрясающее дѣйствие на мое дѣтское воображение и заставляли меня при всякомъ малѣйшемъ шорохѣ вскрикивать и даже падать въ обморокъ, живутъ и к сихъ поръ, какъ это читатель увидитъ изъ помѣщаемыхъ нижет записокъ г-жи Ольги Франко, писанныхъ лѣтомъ 1889 г. Дѣло касается сожжения нѣсколькихъ человѣкъ, заподозрѣнныхъ обществом въ томъ, что они упыри и были причиной свирѣпствовавшей въ то время холеры.
Вѣра въ упырей въ нашемъ Подгорьѣ к сихъ поръ очень живая и распространена. По народному повѣрью упыри и упырицы бываютъ двоякаго рода: "родыми" и "пороблени". Родимые считаются болѣе опасными; кто и какъ превращаетъ обыкновенныхъ людей въ упырей -- мнѣ не удалось узнать. Примѣты, по которымъ узнаютъ упырей, весьма разнообразны. Обыкновенно в нихъ лицо красное и глаза чрезвычайно яркие и блестящие -- это оттого, что они сосутъ чужую кровь.
Г-жа О. Франко записала отъ Марии Гаврылыковой слѣдующую любопытную примѣту: "Упырь якъ спыть, то все на ряды, пидъ викномъ, но не такъ, якъ други люде. Винъ все, лягае /102/ председателем к дверям, а ногами к образивъ -- по тимъ его и пизнаты можно. Якъ бы кто въ сны неревернувъ его такъ, что председателя положывъ бы туды, где булы ноги, а ноги -- туды, где была голова, то винъ уже не встанет зъ лавы, а будет такъ лежаты, хоть бы и мисяць, покы его зновъ не обернуты такъ, якъ в передъ лежавъ. Упыръ может и въ худобыну обернутыся. То разъ в ясеныцкого (Ясеныця Сольная -- село, сосѣднее съ Нагуевичами) попа был слуга -- пекъ бы ий -- упырыця и какую-то соби злисть пиймыла на пастуха, и не имела якъ к него прыступыты. Ажъ разъ тот пастухъ гонит скот, ажъ бачыть какая-то безрогая двигает на него, крычить и все наганяеся, щобъ укусыты. Винъ на неи крычыть -- ба, не помагае. Винъ еи прогонюе -- ба, двигает безрогая тай двигает. Тогди винъ якъ ухопывъ бучекъ, якъ начнет тоту безрогую быты, такъ бывъ, такъ бывъ, что тота ледво ногы поволокла, тай исчезнувшая где-то межы плотамы. Прыходыть винъ вечеромъ к дому, дывыться к пекарни, а служныця лежыть на ряды, председателем к порогу, и такая збыта, таки сынци по пидъ очыма, по рукахъ, по ногахъ, что не дай Господы. -- "Ага! -- погадавъ винъ соби. -- Отъ какая ты! Ожидай же!" -- Тай не много мыслячи, взявъ, тай обернувъ еи председателем к образивъ, а потимъ пишовъ к попу тай говорит: "Егомость, что-то наша Марыска слабая, побыта такая, тай не встае." Пишовъ пипъ к пекарни -- правда е. Зачинае винъ термосыты еи, будыты -- где тамъ, ани суды Боже! Следовательно лежала такъ цилый день не встаючы покы тот слуга не обернувъ еи зновъ такъ, якъ сразу лежала, -- тогди она збудылася".
Упыри могутъ вредить людямъ и скоту не только по смерти, но и при жизни. Ночью они могутъ улетать въ отдаленныя мѣста, конечно, не тѣломъ, но душей, и дѣлать тамъ пакости, тѣло же ихъ остается на мѣв.ѣ со всѣмы признаками жизни, и потому упырей называютъ тоже "дводушныками", т. е. людьми, имѣющими двѣ души. Вредятъ они не всегда по своей собственной волѣ но по указаниямъ или по крайней мѣрѣ съ соизволения своихъ старшинъ -- "старшихъ упыривъ". Самые старшие упыри въ нашей окрестности были, по народному преданию, въ с. Бусовищи самборскаго округа. Лѣтъ 15 назадъ я записалъ /103/ отъ моей покойной матери слѣдующий разсказъ о самомъ старшемъ упырѣ изъ Бусовищъ: "Повыдают, что оттутъ на Медвижи (село, смежное съ Нагуевичами) заслабъ бувъ разъ человикъ -- першый богачъ в сели. Крычыть, тай крычыть; вьеся зъ боли, а что его болыть -- не может сказаты. Что воны его к дохторивъ, к ворожбытивъ возылы; что людей перепытувалы, что эму совет давалы, которую кто радывъ -- ничего не помагае. Ажъ дали нараявъ кто-то: "идить, говорит, к Бусовыщъ, до того и того хозяина, в него е слипый отец, якъ вамъ тот не поможет, то уже нихто не поможет". А в того богача два сыны булы, парни уже доросли. Заразъ запряглы, поихалы. Прыизджають к хаты. "Слава Исусу Хрысту!" А тот слипый изъ-за пеки: "Ага, справывъ васъ мой ворогъ тяжкый ко мне! Ну, ну, прыгадаю я эму тоту прыслугу". Ты ажъ одебелилы, дывляться, а винъ сыдыть на пеки, слипый, сывый, а на лыци такой червоный, якъ катъ. Зачалы воны к него: "Будьте ласкавы, папочке, змылуйтеся! мы вамъ уже..." Но где тоби, тот имъ и говорыты не дае. "Идить соби видъ меня, я не хочу черезъ васъ в биду впадаты! Вы гадаете, что я все могу а то е и сылнийши видъ меня, а зъ тымъ, что к вашему таты вчепывся уже разъ мавъ прыгоду, бачыте, и очы черезъ него стратывъ, а теперъ, якъ другый разъ зъ нымъ задерусь, то вероятно знаю, что смерть моя будет". Ты бидни хлопци не знают уже, что робыты, а дали думают: "все равно, нагонит то нагонит". Зачалы его еще дужше просыты; пообицялы пару воливъ, котри соби захочет выбраты. Прышовъ и сынъ того слипого, такожъ за нымы слово промовывъ: "Ну, ну, татуню, не перечтеся! Вы, говорит, дадите эму совет". По троха, по троха, как-то того слипого упросылы. "Йидьте жъ, говорит, теперь соби к дому, а на нови мисяце прыизджайте". Хорошо, прыихалы на нови мисяце, прогостылыся тамъ к ночы, а пидъ ничъ слипый зибрався, на фиру тай идуть. "Везить же меня, говорит, на граныцю вашего села, до того а того кинця!" А тот копець совсем совсем видъ дорога, на толоци, пидъ самымъ лисомъ. Прыихалы к кинця -- питьма. хоть глаз выймы -- сталы. Мой слипый скочывѣ зъ телеги, якъ парень, тай бухъ пластомъ на землю. "Стойте жъ вы тутъ, говорит, а якъ крыкну на васъ, то прыходить ко мне. /104/ А рыскали (заступы) маете зъ собой?" -- "Маемо". Прытулывъ винъ лыце к земли, нюхъ-нюхъ, якъ тот песъ, тай полизъ дали. Лизъ, лизъ, нюхавъ, нюхавъ, ажъ дали крыкнувъ: "Сюда!" Хлопци прыбиглы зъ лихтарнямы. "Копайте тутъ!" Взялы копаты а тот слипый, якъ песъ, обоими рукамы землю розграбуе и ажъ зубамы скрежечет. Где-то такъ зъ за годыну докопалыся к костищам. "Ага, вот винъ!" крыкнувъ слипый, тай якъ начнет надъ тымы кистьмы что-то шептаты, якъ начнет крычаты, нибы сварытыся, то парубкы имело зо страху не повмыралы. Такъ крычавъ ажъ к восходу солнца. "Ну, говорит к парубкивъ, теперъ засыпте яму назадъ, уже винъ никому шкодыты не будет, но и я никому бильше не помогу. Везить меня к дому". Завезлы его -- к трохъ днивъ винъ и померъ. А папы своего засталы дома здорового. Сынъ того слипого зъ Бусовыщъ прыйшовъ и что найлипшу пару воливъ узявъ".
Всего легче узнать упыря послѣ смерти. Когда его "нарядят на ряды", онъ лежитъ точно живой, съ краской на лицѣ не смыкая глазъ, хотя ихъ в него закрываютъ по нѣсколько разъ и даже прикладываютъ "галаганами" т. е. большими мѣдными монетами. Мнѣ разсказывали, что старый дьякъ нагуевский Варенычка, читая однажды псалтырь при такомъ покойникѣ ночью, когда никого не было въ избѣ кромѣ него и трупа, увидѣлъ, какъ покойникъ началъ медленно шевелить рукой, комкать и стягивать полотно, которымъ былъ накрытъ, и, наконецъ, поднимать председателя. Но Варенычка не оробѣлъ и, грозно прикрикнувъ на него: "а не будешъ ты тыхо лежат, поганыне!" ударилъ его псалтырью по головѣ послѣ чего покойникъ улегся и болѣе не вставалъ. Иногда в такого покойника въ самый день похоронъ, черезъ два дня послѣ смерти, начинаетъ изъ носа и устъ идти запекшаяся, черная кровь. Такихъ покойниковъ въ прежнее время не погребали на освященномъ кладбищѣ а погребали "на граныцѣ" вмѣв.ѣ съ самоубийцами. Упырь очень не любитъ лежатъ въ освященной землѣ и поэтому, когда его несутъ на кладбище, дѣлаетъ разныя пакости. Обыкновенно въ то время бываетъ буря, вѣтеръ, слякоть или мятель; вѣтеръ ломаетъ древка церковныхъ хоругвей, носильщики, несущие гробъ /105/ на "марахъ", внезапно заболѣваютъ или падаютъ, такъ что гробъ падаетъ въ грязь, и даже случается, что крышка сваливаегся и покойникъ выпадаетъ тоже въ грязь. О такомъ покойникѣ говорятъ: "Отъ, поганынъ, танцюе по смерти!" Въ могилѣ упырь лежитъ точно живой, а ночью выходитъ и "потынае людей или скот". Что собственно значитъ это "потынанне", съ точностью опредѣлить не могу. Бойки прилегающихъ къ Нагуевичамъ самборскаго и турчаскаго округовъ различаютъ нѣсколько видовъ "потынання": "отколет лекше, отколет тяжше, а отколет и смертельно". Въ Нагуевичахъ объ этихъ различияхъ я не слыхалъ. Изъ нѣкоторыхъ разсказовъ можно догадываться, что упыри высасываютъ кровь у людей, но самое слово "потынаты" или "втынаты", которымъ обозначаютъ зловредное дѣйствие упырей, равно какъ и то обстоятельство, что ихъ въ 1831 г. да и послѣ могли считать виновниками холеры, заставляеть догадываться, что народъ, кромѣ высасывания крови, приписываетъ упырямъ еще какое то дѣйствие, болѣе внезапное, какое нибудь поражение сердца или друтое повреждение внутреннихъ органовъ.
Въ одной корреспонденции изъ с. Завадки турчанскаго округа (Червоная Русь, 1890 No 28), гдѣ разеказывалось о дѣйствияхъ мѣстнаго "ворожбыта" Левицкаго, приведены были указываемыя этимъ ворожбитомъ слѣдующия лѣчебныя средства противъ "потынання" упырей: когда "Взявъ лекше", слѣдуетъ взять земли съ могилы упыря, развести ее водой, умыть больного и дать эму напиться этой воды; если "Втявъ тяжше", нужно разрыть могилу, наскубть изъ трупа волосъ и подкурить ими больного; когда же "втявъ смертельно" необходимо повернут упыря въ гроба, оскубть в него всѣ волосы и кромѣ того изрубить трупъ въ куски. Въ корреспонденции далѣе разсказано было о профанации мертвеца, произведенной по этому рецепту и о начатомъ по этому поводу судебномъ слѣдствии. Подобныхъ случаевъ профанации мертвецовъ ежегодно случается по нѣскольку въ разныхъ округахъ Галиции -- неоспоримое доказательство того, что вѣра въ упырей сильно распространена и живучая среди галицко-русскаго населения. /106/
О ночномъ хождении упырей въ Нагуевичахъ существуетъ множество разсказовъ, и рѣдко вы встрѣтите мужика постарше, который бы ни раза не видалъ на своемъ вѣку какого нибудь "ходящаго" покойника. Чтобы предохранить себя отъ посѣщений упыря, жильцы тот хаты, въ которую онъ "впронадытся", должны осыпать свое хозяйство "святовечирнымъ хруставцемъ"; т. е. макомъ самосѣйкой, который въ сочельникъ лежалъ на столѣ гдѣ жали. Черезъ кругъ этого "хруставця" упырь не посмѣетъ переступит и будетъ нѣсколько ночей съ ужаснымъ воемъ и стономъ ходит кругомъ да около, пока совсѣмъ не уйдетъ.
Чтобы сдѣлать упыря совершенно безвреднымъ, нужно разрыть его могилу, открыть гробъ, отрубить мертвецу председателя и положить ее в него между ногъ, тѣло же повернут грудью внизъ и прибить къ землѣ осиновымъ коломъ. Мнѣ разсказывали, что въ Нагуевичахъ когда то разрыли могилу такого упыря и, открывши гробъ, нашли мертвеца, который лежалъ на боку, подперши председателя рукой, и курилъ трубку. Обыкновенно вырытый трупъ упыря оказывается неразложившимся, съ отросшими волосами и ногтями.