-- А по чимъ же ихъ пизнаты, что воны упыри? пытають люде Гаврыла.
-- По тимъ пизнаты, что кождый мае сыривцеве полотно перевязане по пидъ колино.
Заразъ кинулыся к ныхъ, зревидувалы, -- акуратъ такъ е, в кождого сыре полотно по пидъ колино перевязане. Заразъ ихъ звязалы, стражу к ныхъ приставылы.
-- А не есть бильше упыривъ? -- пытають еще Гаврыла.
-- Е еще, но не к людям, а к коням, к худобы, к овцам.
-- Ну, -- говорят люде, -- к тыхъ намъ безразлично. А отсимъ что маемо робыты?
-- Ничего вы имъ не зробыте, -- говорит Гаврыло, -- докы жыви, то все вамъ будут шкодыты. /113/
Зачалы люде радыты, что ту зробыты зъ тымы упырямы, и врадылы ихъ спалыты на обогни. А Гаврыло говорит:
-- Ничего имъ вашъ огонь не зашкодыть. Тилько терновый и яливцевый огонь может имъ допечы, а иншый ни.
А ну заразъ наказалы, кто тамъ бувъ, уси имеют иты на Базарыще и кождый мае несты хоть одну терныну. Где какое тернье было въ плотахъ, в корчахъ -- все повытягалы и повыдомлювалы -- кучу наклалы такую, якъ дом. Привелы упыривъ.