-- Божій человѣкъ, благослови меня, чтобы Богъ благословилъ меня. Я много страдала въ этомъ мірѣ и хочу имѣть всѣ радости въ будущей жизни. Ты Богомъ посланъ, святой человѣкъ, вотъ отчего пыль съ твоихъ ногъ дороже злата.
-- Да благословенъ Богъ,-- проговорилъ Пафнутій, и осѣнилъ знаменіемъ креста голову старухи.
Но онъ не сдѣлалъ и двадцати шаговъ, какъ на него напала цѣлая толпа дѣтей, бросая въ него камни съ криками:
-- О! противный монахъ! Онъ чернѣе киноцефала, а борода у него длиннѣе чѣмъ у козла. Это тунеядецъ. Отчего его не повѣсятъ въ какомъ-нибудь фруктовомъ саду какъ деревяннаго Пріапа, чтобы пугать птицъ. Но нѣтъ, онъ накликалъ бы градъ на яблоки въ цвѣту. Онъ приноситъ несчастье! Прилетѣли вороны! бить ихъ! бить монаха!
И цѣлый градъ камней полетѣлъ въ него.
-- Боже мой, сжалься надъ этими бѣдными дѣтьми,-- прошепталъ Пафнутій.
И онъ продолжалъ свой путь, размышляя:
-- Эта старая женщина чувствуетъ ко мнѣ уваженіе, а дѣти эти относятся ко мнѣ съ презрѣніемъ. И такъ, къ тому же самому предмету могутъ относиться совершенно розно люди, не имѣющіе опредѣленнаго мнѣнія и способные ошибаться. Надо сознаться, что для идолопоклонника Тимоклъ не лишенъ смысла. Слѣпой, онъ лишилъ себя свѣта. Насколько онъ выше тѣхъ, кто изъ своего мрака кричитъ: "я вижу свѣтъ!" Все на свѣтѣ миражъ, все -- сыпучій песокъ, только Богъ одинъ неизмѣненъ...
Онъ быстрыми шагами шелъ по городу. Прошло десять лѣтъ съ тѣхъ поръ, какъ онъ его покинулъ и каждый камень былъ ему знакомъ, каждый камень былъ камнемъ позора и говорилъ ему о грѣхѣ? Вотъ отчего онъ съ ожесточеніемъ шагалъ своими босыми ногами по каменнымъ улицамъ и радовался, что отъ его израненныхъ ногъ оставался кровавый слѣдъ. Оставивъ влѣво великолѣпные портики храма Сераписа, онъ направился по дорогѣ, по обѣ стороны которой тянулись богатыя жилища, которыя, казалось, дремали въ благоуханіи. Сосны, клены, терпентинныя деревья, гордо возвышали свои головы надъ красными карнизами и золотыми подножьями. Черезъ раскрытыя двери виднѣлись въ мраморныхъ сѣняхъ бронзовыя статуи и фонтаны, окруженные зеленью. Ничто не нарушало тишины этихъ роскошныхъ жилищъ. Только издалека доносились звуки флейты. Монахъ остановился передъ небольшимъ домикомъ, чрезвычайно изящнымъ съ колоннами. Домъ этотъ былъ окруженъ бронзовыми бюстами знаменитыхъ философовъ Греціи. Онъ узналъ въ нихъ Платона, Сократа, Аристотеля, Эпикура и Зенона. Постучавъ молоткомъ въ дверь, онъ остановился въ ожиданіи.
-- Что съ того, что металлъ прославляетъ этихъ мудрецовъ -- ложь ихъ ученья обнаружена, ихъ души повергнуты въ адъ и самъ знаменитый Платонъ, который оглушаетъ землю славою о своемъ краснорѣчіи, въ настоящее время ведетъ свои споры съ дьяволами.