Котта. Клянусь Юпитеромъ! Вотъ славное разсужденіе!
Эвкритъ. Міръ -- это трагедія превосходнаго поэта. Богъ, создавшій ее, каждому изъ насъ назначилъ въ ней особую роль. Если онъ желаетъ, чтобы ты былъ нищимъ, принцемъ, или колченогимъ, изображай какъ можно лучше предназначенное тебѣ лицо.
Никій. Конечно, хорошо, если колченогій изъ трагедіи будетъ хромать, какъ Гефестъ, хорошо, если безумецъ предается неистовствамъ Аякса; если кровосмѣсительница возобновитъ преступленія Федры, предатель станетъ предавать, пройдоха -- лгать, душегубецъ -- убивать, и по окончаніи пьесы всѣ актеры, короли, праведники, кровожадные тираны, благочестивыя дѣвы, распутныя супруги, великодушные граждане и подлые убійцы получатъ отъ поэта равную долю одобренія.
Эвкритъ. Ты искажаешь мою мысль, Никій, и превращаешь прекрасную молодую дѣвушку въ отвратительную Горгону. Сожалѣю тебя, что ты профанъ въ природѣ божества, справедливости и вѣчныхъ законовъ.
Зеноеемисъ. Что меня касается, друзья мои. я вѣрю въ реальность добра и зла. Но я убѣжденъ, что ни единаго человѣческаго поступка -- хотя бы даже это былъ поцѣлуй Іуды,-- не совершается на свѣтѣ безъ того, чтобы онъ не носилъ въ себѣ зародыша искупленія. Зло споспѣшествуетъ окончательному спасенію людей, и въ этомъ случаѣ оно происходитъ on, добра и имѣетъ сходство съ достоинствами, присущими добру. Христіане прекрасно выразили это сказаніемъ о человѣкѣ съ рыжими волосами и бородой, который, предавая своего учителя, далъ ему лобзаніе мира и этимъ актомъ запечатлѣлъ спасеніе человѣческаго рода. И, но моему, нѣтъ ничего несправедливѣе и неосновательнѣе, чѣмъ та ненависть, съ какою нѣкоторые ученики Павла-обойщика преслѣдуютъ несчастнѣйшаго изъ апостоловъ Христа, упуская изъ виду, что лобзаніе Искаріота, предвозвѣщенное самимъ Христомъ, согласно собственному ученію ихъ, было необходимо для искупленія человѣчества, и не прими Іуда кошелекъ съ 30 серебренниками, божественная премудрость была бы поругана, Привидѣніе не удовлетворено въ своихъ ожиданіяхъ, предначертанія его разстроены, міръ предоставленъ злу, невѣжеству и смерти.
Маркусъ. Божественная премудрость предвидѣла, что Іуда, не смотря на свою свободную волю не давать лобзанія предателя, тѣмъ не менѣе дастъ его. И такимъ образомъ, преступленіе Искаріота она употребила въ видѣ краеугольнаго камня въ чудесное зданіе искупленія.
Зеноеемисъ. Я сейчасъ говорилъ съ тобою, Маркусъ, какъ будто бы вѣрилъ въ то, что искупленіе человѣчества совершено распятымъ Христомъ, ибо въ это вѣруютъ христіане,-- и, чтобы лучше постигнуть ошибку людей вѣрующихъ въ вѣчное проклятіе Іуды, я проникся ихъ убѣжденіемъ. Что же касается самой тайны искупленія, скажу вамъ, дорогіе друзья, если вамъ сколько-нибудь интересно услыхать это, какъ на самомъ дѣлѣ оно совершилось на землѣ.
Собесѣдники кивнули ему въ знакъ согласія.
Подобно аѳинскимъ дѣвамъ съ священными корзинами Цереры, въ зало вошли двѣнадцать молодыхъ дѣвушекъ съ корзинами гранатъ и яблокъ на головахъ, легкой поступью, мѣрность которой отмѣчалась незримой флейтой. Онѣ поставили корзины на столъ, флейта смолкла и Зеноѳемисъ произнесъ слѣдующее:
-- Когда Евноя, мысль Бога, создала міръ, управленіе землей она поручила ангеламъ. Но послѣдніе не сохранили той чистоты, которая приличествуетъ правителямъ. Замѣтивъ красоту дщерей человѣческихъ, они врасплохъ напали на нихъ вечеромъ у цистернъ и сошлись съ ними. Отъ этихъ браковъ произошло лютое племя, покрывшее землю несправедливостью и жестокостями, и придорожная пыль впитывала въ себя неповинную кровь. При видѣ этого Евноей овладѣла безконечная печаль.