– Позвольте, ваша светлость, – возразил аббат Гитрель, – я не отрицаю, что баронесса де Бонмон по происхождению еврейка. Я только позволю себе указать, что, обратившись в новую веру и приняв крещение, она стала христианкой, и скажу даже – достойной христианкой. Она не перестает жертвовать на католические богоугодные заведения и подает пример щед…
Герцог прервал его:
– Я знаю ваши воззрения, господин аббат. Я уважаю их, как уважаю ваше звание. Но для меня крещеный еврей – это все тот же еврей. Я не делаю между ними различия.
– Я тоже, – сказала г-жа де Бресе.
– Ваши чувства, герцогиня, в некотором смысле вполне законны, – продолжал аббат Гитрель. – Но вам, конечно, не безызвестно, чему учит нас церковь, а именно: божье проклятие, клеймящее евреев, относится только к их прегрешениям, а и в к их расе, и последствия этого осуждения не могут пасть на…
– Какая тяжелая! – воскликнул г-н де Бресе, который, вынув дароносицу из футляра, держал ее на весу.
– Я, право, очень расстроена, – сказала герцогиня де Бресе.
– Очень тяжелая, – повторил г-н де Бресе.
– И к тому же превосходной работы, – добавил аббат Гитрель. – Она отличается той печатью благородства, которая, так сказать, служит клеймом Рондоно-младшего. Только епархиальный ювелир и мог столь умело выбрать модель, согласно традициям христианского искусства и воспроизвести столь удачно и точно форму и орнаментику. Эта дароносица – выдающийся шедевр в стиле тринадцатого века.
– Потир и крышка из массивного золота, – сказал г-н де Бресе.