-- Гдѣ вы этому научились, Поль?
-- Называйте же меня Гари-Поль,-- строго сказалъ мальчикъ.-- Если я потерялъ моего милаго, дорогого Дондарама, я не хочу терять имени, которое онъ далъ мнѣ. Онъ научилъ меня этой молитвѣ, и я всегда буду читать ее -- да всегда, всегда.
-- Это правильно, Гари-Поль, читайте ее всегда -- всегда читайте ее,-- сказалъ Ричардъ. Затѣмъ, обернувшись къ Скотту, со слезами на глазахъ, Ричардъ сказалъ:
-- Это настоящая христіанская молитва, только на маратскомъ нарѣчіи.
-- Дондарамъ сказалъ мнѣ, что никто никогда не запретитъ мнѣ читать эту молитву,-- сказалъ Поль.
Они направлялись въ Калькутту, но принуждены были по пути остановиться на день въ Бенаресѣ, такъ какъ м-ру Раймонду нужно было привести въ порядокъ нѣкоторыя дѣла. Чтобъ пріятно наполнить время для Поля, который часто грустилъ по своемъ другѣ, они прокатились послѣ полудня но окрестностямъ города. Въ этотъ день у индусовъ былъ праздникъ. Всѣ храмы переполнены были богомольцами.
Подлѣ мраморныхъ ступеней одного изъ храмовъ, прислонясь къ периламъ, у стройнаго деревца, стояла одна изъ главныхъ и самыхъ красивыхъ танцовщицъ. Она сбросила съ себя вуаль и, сложивъ на выступѣ нѣкоторыя изъ своихъ украшеній, приготовлялась приступить къ омовенію; но очевидно забыла и о храмѣ, и о собравшейся толпѣ. Видно было, что мысли ея унеслись далеко.
Скоттъ указалъ на нее м-ру Раймонду, прибавивъ:
-- Какой у нея грустный видъ! Вѣрно у нея какое-нибудь горе.
Поль взглянулъ въ ту же сторону, и каково было удивленіе обоихъ, когда онъ бросился къ ней въ объятія, съ возгласомъ: "Гунга, о Гунга!, а красавица мурли наклонилась къ нему, прижимая мальчика къ своему сердцу и обливаясь горькими слезами.