- Кажется, он и без того угостился как следует, - шепнул Гуго своему приятелю.
Возле них за столами имя француза повторялось с разными комментариями. Это был месье Анахарсис Лепик, главный секретарь французского посольства, проживавший в Вене со времени Пресбургского мира, человек, известный своими приключениями и мошенническими проделками.
Эгберт, видя, что на них обращено общее внимание, охотно удалился бы от навязчивого гостя, но он не решился встать из боязни ссоры с французом, который мог принять это за личное оскорбление, тем более что был в крайне возбужденном состоянии.
Прислуга гостиницы обходилась с ним как с почетным гостем и поспешно исполняла его приказание.
- За ваше здоровье, господа, - сказал Лепик, поднимая стакан.
Молодые люди ответили ему легким поклоном.
- Ваша Вена прекрасный город! Вы можете гордиться ею; здесь есть все, что хочешь: вино, музыка, красивые женщины! Первый город Париж, второй - Вена! Анахарсис Лепик всегда говорит правду, и вы можете верить ему. Но было бы еще лучше, если бы вы устроили революцию. Это очищает кровь.
- А я до сих пор думал, - возразил Гуго, - что революция - кровопускание.
- Кровопускание! - повторил с хохотом Лепик. - Совершенно верно! Случалось ли вам читать Марата? Император не любит вспоминать о прошлом. Революция убивала людей гильотиной, а Бонапарт расстреливает картечью. Оба эти способа довольно сильны и их неудобно применять одновременно. Но вы мне все-таки не ответили: почему у вас до сих пор нет революции?
- Вероятно, потому, что она не нужна, - сказал Эгберт, раздраженный высокомерием и наглостью француза.