Императрица взяла под руку Антуанетту и в сопровождении доктора вышла к своим гостям.
Приход любезной хозяйки Malmaison живительно подействовал на собравшихся гостей. Каждый наперебой старался принять участие в разговоре и сообщить что-нибудь интересное. Говорили о последних городских новостях, о театре, художественных произведениях и т. п. Дошла очередь до цветов. Императрица была очень довольна похвалами Эгберта ее растениям. Оказалось, что Эгберт обладал искусством вырезать цветы и силуэты из черной бумаги. Редутэ советовал ему не оставлять этого таланта под спудом. Принесли бумагу и ножницы. Эгберту посчастливилось вырезать довольно удачно любимый цветок императрицы. Остальные дамы также пожелали получить от него на память по цветку.
Но сюрприз, которого ожидал Бурдон, не являлся. Императрица несколько раз смотрела на часы, стоявшие на камине, и стала проявлять признаки нервного нетерпения.
- Вы не должны забывать, месье Геймвальд, - сказала ему придворная дама, которую он встретил у Редутэ, - что из всех присутствующих здесь, кроме ее величества, я познакомилась с вами раньше других, и потому вы должны вырезать мне что-нибудь особенное.
- Вы правы, милая Полин, - сказала императрица. - Задайте ему работу.
- Неужели вы находите, что у меня мало работы, ваше величество! - ответил Эгберт, указывая на вырезанные цветы, лежащие перед ним на столе. - Я к вашим услугам, - добавил он, обращаясь к придворной даме.
- Я желала бы иметь силуэт вашей невесты, - ответила она. - Говорят, немцы всегда обручаются перед путешествием.
- У меня нет невесты! - проговорил смущенно Эгберт.
- Так и быть, я готова пощадить вас, но с условием, что вы мне вырежете силуэт самой красивой из австрийских принцесс.
- Вот отлично, покажите ваше искусство, - сказала Жозефина.