- Но это не помешает мне, Фуше, или, лучше сказать, правосудию воспользоваться находкой. Не можете ли вы, месье Геймвальд, показать мне этот опал или вы велели переделать его?
- Нет, - возразил, краснея, Эгберт. - Может быть, вы будете смеяться надо мной, но я всегда ношу его с собой.
С этими словами Эгберт вынул опал из кармана и подал его Дероне, который сперва ощупал его, а потом поднес к свече и стал внимательно разглядывать его.
- Ну, разумеется, - сказал он, - тут нет и следа запекшейся крови; золотой ободок совершенно гладкий; над орлом маленькая царапина, как будто от иголки. Не помнишь ли ты, Бурдон, не было ли у твоего отца хлыста с опалом?
- Нет, - ответил Веньямин.
- У несчастного Жана Бурдона в день убийства, - сказал Эгберт, - была палка с самым обыкновенным набалдашником, которая и была найдена при нем.
- Ну а кроме таинственного всадника, никто не проезжал по дороге в этот день?
- Тут начинается область предположений, позвольте мне не сообщать их.
- Да это и не по вашей части, - сказал, улыбаясь, Дероне. - Вот если бы мне поручили сделать допрос, то мы узнали бы нечто об этом деле.
Дероне опять поднес опал к свечке и стал разглядывать его против света.