Император решил перейти реку и сбить с позиции неприятеля. Для достижения этой цели он выбрал большой остров Лобау, лежащий немного ниже Вены, который по своей величине мог служить удобным местом для укрепленного лагеря, тем более что растущий тут густой лес и кустарник совершенно скрыли бы французское войско от неприятеля.
Уже несколько дней работали без устали французы над сооружением моста от Кейзер-Эберсдорфа до Лобау, с тем лихорадочным рвением, которое Наполеон умел внушить своим людям в решительные минуты. Семьдесят самых крупных судов, ходивших по Дунаю между Линцем и Пресбургом, были употреблены в дело. Но тут представилось неожиданное и довольно важное затруднение, которое невозможно было устранить: обнаружился недостаток в якорях для оснащения судов. Чтобы успокоить нетерпение императора, вместо якорей спущены были в воду старые тяжелые пушки, найденные в венском арсенале, и ящики с ядрами. Такая замена могла только служить средством выйти из затруднения, но она была недостаточна для удержания судов при сильном напоре воды.
Между тем значительные отряды стрелков были отправлены в лодках для осмотра южного берега острова Лобау. Отбросив слабые аванпосты австрийцев, они вскоре появились и на северной стороне в лесной чаще, напротив деревень Асперг и Эслинген на левом берегу.
Теперь уже не могло быть ни малейшего сомнения для австрийцев, видевших все эти приготовления, что Лобау будет служить промежуточным пунктом при переходе французов на Мархфельд. Даже Эгберт, при своей полной неопытности в военном деле, понимал, какой риск был связан с этим планом. Насильственный натиск со стороны австрийцев мог отбросить французов к реке. Эгберт, как уроженец Вены, знал, насколько капризен Дунай, и не верил в прочность понтонного моста, построенного на скорую руку. Еще сегодня утром эрцгерцог Карл с конницей Лихтенштейна делали рекогносцировку со стороны Лобау. "Кто знает, может быть, завтра загремят пушки", - думал Эгберт с радостным замиранием сердца.
Но вот встрепенулся сонный часовой и схватился за курок ружья.
Эгберт вздрогнул.
Раздался издали выстрел. За ним быстро следуют один за другим еще два выстрела. Они слышатся по ту сторону реки.
Не приветствуют ли таким способом французские часовые закат солнца, чтобы усладить свой слух выстрелами?
На каменной плотине у Иедлерсдорфа также заметно необычное движение. Лейтенант Гуго Шпринг, охранявший этот пост, поднимает черно-желтое знамя. Эгберт бежит к нему стремглав через пни. Через минуту он уже стоял на плотине около своего друга.
Гуго молча указал ему глазами на реку.