- Напрасно чума не извела его в сирийских пустынях! - бормочет старый полковник, только что получивший известие, что сын его убит наповал.
Бертье сидит у стола и записывает приказания императора.
Между тем перевязочный пункт переполнен тяжело раненными. Они рассказывают ужасы о резне, которая происходит на поле битвы.
Асперн опять занят австрийцами. Французы бегут к единственному мосту, который ведет в Лобау. Начальники с трудом могут сохранить какой-нибудь порядок в этой неистовой суетне окровавленных, изнуренных солдат, жаждущих отдыха и покоя. Проходит партия австрийских пленников. Эгберт хочет присоединиться к своим товарищам, но Бертье останавливает его.
- Император говорил с вами, - сказал Бертье. - Он может опять потребовать вас по своем возвращении.
Эгберт едва держится на ногах от усталости и потери крови. Он садится в изнеможении у моста на кучу сваленных досок. Кругом со всех сторон слышатся крики, гром пушечных выстрелов, лошадиный топот. Мост запружен телегами с порохом и артиллерией. Тяжело раненные падают под ноги лошадей. Общее смятение увеличивается с каждой минутой.
Неподвижно стоит императорская гвардия и подсмеивается над бегущими.
- Ну, сегодня маленький капрал плохо исполнил свое дело, - говорят они между собою. - Теперь он уже не должен ворчать, если с другими случится неудача. Он сам узнал, как это вкусно.
- Да не удирайте же так быстро, - кричат другие бегущим. - Смотрите, потеряете подошвы!
- И штаны в придачу!