- Его сиятельство просит вас к себе, - сказал слуга, обращаясь к молодым людям. - Маркиза также осведомлялась о вас.
- Странно! - пробормотал Эгберт. Сердце его болезненно сжалось от какого-то предчувствия, в котором он сам не мог дать себе отчета.
Граф уже целый час председательствовал на семейном совете, в котором принимал участие и Пухгейм, оставшийся на ночь в замке по просьбе графа. Совет проходил в голубой комнате угловой башни, которая была обращена в сад своими тремя высокими окнами; через одно из них виднелось озеро. Эта башня в былые времена составляла часть прежнего старого замка Вольфсеггов, просуществовавшего около двухсот лет. При постройке нового красивого дома шестьдесят лет тому назад строитель по какой-то странной фантазии оставил из старого здания хорошо сохранившуюся башню и соединил ее галереей с новым замком, который не особенно выиграл от такой прибавки в смысле архитектурной красоты. Массивная круглая башня с остроконечной крышей резко отличалась от легкой постройки нового стиля. Маркиза ненавидела винтовую лестницу и тесные комнаты башни, которые, по ее мнению, были так безобразны и лишены всякого комфорта, что в них не мог жить ни один порядочный человек.
С неудовольствием приняла она приглашение брата последовать за ним в башню, и все, что она услышала здесь, сидя на неудобном стуле с высокой спинкой, еще более увеличивало ее дурное расположение духа. Хотя она близко придвинулась к камину, где горел огонь, но, по-видимому, чувствовала сильный озноб не столько от холода, сколько от горя и беспокойства. Антуанетта сидела у круглого стола, одетая в серое шелковое платье с черным платком на плечах и с кружевной черной косынкой на голове, концы которой были завязаны под подбородком. Глаза ее были устремлены на графа Ульриха, как на единственного человека, от которого можно было ожидать разумного совета в затруднительных обстоятельствах. Она не обращала никакого внимания на своего кузена Ауерсперга, который был несравненно более огорчен этим, нежели смертью Бурдона, о которой рассказывал граф.
- На несчастного напали агенты корсиканского тирана, - сказал граф, - они выстрелили в него и украли сумку с письмами; уцелели только немногие бумаги, которые он спрятал в своем сапоге. Вот эти бумаги, - добавил граф, кладя их на стол. - Патер Марсель доставил их мне на рассвете.
- Дай бог, чтобы это были самые важные, - сказал Пухгейм, подходя к столу и перелистывая бумаги.
- Как хочешь, так и считай, - ответил граф. - Вот список лиц, на которых могут рассчитывать Бурбоны в случае...
- Если узурпатора убьют в Испании, - добавила маркиза.
- Тут также письмо принца д'Артуа... - продолжал граф Ульрих, делая вид, что не слышит замечания своей сестры.
- Проект новой адской машины - бессмысленная и безумная затея, от которой бедный Бурдон ожидал таких блестящих результатов...