- Бурдон был прав, - заметила маркиза, - только ад может поглотить это исчадие ада.
- Не ад, а мы справимся с ним во имя божественного права и порядка, установленного веками, - ответил граф Ульрих. - Вот еще несколько писем и, между прочим, письмо к графине Мортиньи, одной из придворных дам императрицы Жозефины, в котором заключаются подробные сведения о сватовстве Наполеона к русской великой княжне.
- Жаль, если это письмо не дойдет по назначению, - заметил по-французски старый маркиз, расхаживая по комнате в своем пестром шлафроке с желтым шнуром и кистями.
- Это письмо написано мною в стиле Вольтера. Графиня Мортиньи мне родня и верный друг Бурбонов. Это письмо может иметь больше значения, чем все адские машины. А почему?.. Потому что во французской истории дамы всегда играли главную роль! Вы смеетесь, Ульрих. Но я говорю совершенно серьезно. Если бы императрица Жозефина вздумала поднять восстание против своего супруга, тогда победа осталась бы за нами...
- Не можете ли вы сообщить мне, какие именно бумаги украдены у Бурдона? - спросил Пухгейм, прерывая маркизу и обращаясь к графу Ульриху.
- План восстания против Бонапарта, - ответил граф, - составленный генералом Кроссаром, извещение, что он в самое ближайшее время отправится из Вены в Испанию, некоторые подробности о наших приготовлениях и предполагаемой высадке англичан на Везере и Эльбе; все это в форме простых писем по торговым делам и на нашем условном языке. Но, разумеется, Фуше поймет сущность дела. Всего хуже то, что на полях одной бумаги я сделал приписку: молодой Бурдон знаком с Бонелли...
- С Бонапартом, - пробормотала маркиза.
- Благодаря моей неосторожности я дал им ключ в руки ко всем нашим тайнам. Эта приписка всего более беспокоила Бурдона. Я никогда не прощу себе такой нелепости. Теперь все это, вероятно, отправлено в Париж.
- О господи! - простонал маркиз. - Этот дракон неуязвим. Он опять начнет против нас войну и прогонит на другой конец света...
- Мне кажется, что во всем этом нет ничего ужасного, - сказал Ауерсперг, которому хотелось выказать себя с выгодной стороны в глазах Антуанетты. - Война с узурпатором неизбежна. Чем раньше она начнется, тем лучше. Чья-нибудь пуля настигнет его.