-- Что скажешь ты о сегодняшнихъ новостяхъ, моя дорогая племянница? спросилъ онъ ее по-нѣмецки.
-- Королева такъ давно ожидаетъ пріѣзда своего брата, что эта новость нисколько не удивила меня, отвѣтила уклончиво Рената.
-- Но ты, вѣроятно, удивилась, узнавъ, что графъ Эрбахъ въ Версалѣ? продолжалъ Лобковичъ, вопросительно взглянувъ на племянницу своими большими сѣрыми глазами. Онъ слишкомъ хорошо зналъ слабость ея сердца и шаткость воли и былъ заранѣе увѣренъ въ своей побѣдѣ, но, какъ опытный дипломатъ, привыкъ осторожно приступать къ дѣлу.
-- Васъ, кажется, очень интересуетъ предстоящая встрѣча императора и графа Эрбаха? спросила въ свою очередь Рената, чтобы прекратить непріятный допросъ.
-- Да, потому что ихъ одновременный пріѣздъ показываетъ, что между ними существуютъ очень близкія отношенія, которыя не могутъ быть особенно пріятны для насъ обоихъ и полезны для Австріи.
-- Я несовсѣмъ понимаю, что вы хотите сказать этимъ. Мнѣ кажется, что ихъ дружба служитъ доказательствомъ, что у нихъ произошло объясненіе, и мнѣ ничего не остается, какъ откровенно признаться во всемъ графу Эрбаху.
-- И опять соединиться съ нимъ, добавилъ многозначительно князь Лобковичъ.-- Ты, разумѣется, можешь поступать, какъ хочешь. Но не забудь, что это примиреніе будетъ стоить тебѣ новыхъ и даже, быть можетъ, напрасныхъ униженій. Что касается меня лично, то я долженъ высказать свое мнѣніе человѣку, котораго я считаю самымъ опаснымъ врагомъ нашей церкви и который причинилъ тебѣ столько горя и слезъ.
-- Въ томъ положеніи, въ какомъ я нахожусь теперь, у меня нѣтъ иного исхода, какъ вернуться къ мужу, хотя бы цѣной униженія, или навсегда запереться въ монастырь. Вы знаете, что я не придаю никакой цѣны мірскимъ удовольствіямъ и наслажденіямъ... Весь вопросъ въ томъ, чтобы вы дали свое согласіе.
-- Мы не должны принимать никакого рѣшенія подъ вліяніемъ страсти. Само собою разумѣется, что свѣтъ не можетъ привлекать тебя въ томъ печальномъ настроеніи, въ какомъ ты находишься теперь. Свѣтъ остается все тотъ же, но наше настроеніе духа безпрестанно мѣняется. Никогда не слѣдуетъ рѣшаться на крайности и сжигать разомъ всѣ корабли... Однако, прекратимъ этотъ разговоръ: королева наблюдаетъ за нами...
Марія Антуанета давно уже не чувствовала себя такой счастливой, какъ въ этотъ вечеръ. При томъ радостномъ настроеніи, въ какомъ она находилась, ей казалось, что свѣчи въ залѣ горятъ свѣтлѣе обыкновеннаго; еще великолѣпнѣе и роскошнѣе представлялась ей вся окружавшая#ее обстановка:-- мебель, драгоцѣнности, блестящіе наряды дамъ, фресковая живопись съ группами цвѣтовъ, арабесокъ и символами искусствъ и мира, которая окаймляла потолокъ въ видѣ изящнаго бордюра.