-- Сядьте, графиня; вы очень блѣдны, сказалъ Іосифъ, взявъ ее за руку и подводя къ креслу.-- Если вы ничего не имѣете противъ этого, то позвольте мнѣ быть вашимъ собесѣдникомъ на нѣсколько минутъ.
Въ душѣ Ренаты происходила борьба самыхъ разнообразныхъ ощущеній. Она чувствовала такую слабость, что не въ состояніи была выговорить ни одного слова, хотя онъ стоялъ передъ нею и видимо ждалъ отвѣта.
Лобковичъ наблюдалъ за ними издали и торжествовалъ, въ убѣжденіи, что Іосифъ вновь увлечется красотой его племянницы, а она не въ состояніи будетъ противиться ему по своей безхарактерности.
Въ сосѣдней комнатѣ заиграла музыка. По желанію королевы, сестра короля Елизавета должна была протанцевать минуэтъ съ юнымъ герцогомъ Ноалль. Слуги ходили неслышными шагами между рядами зрителей, разнося десертъ.
Въ залѣ водворилась такая тишина, что придворныя дамы надѣялись не проронить ни одного слова изъ разговора императора съ Ренатой. Но ожиданіе ихъ было обмануто, потому что Іосифъ обратился къ своей соотечественницѣ на нѣмецкомъ языкѣ.
-- Я желалъ бы знать, сказалъ онъ,-- вспоминаете ли вы когда нибудь о нашей милой Австріи?
-- Могу-ли я забыть ее! возразила Рената.-- Съ нею связано воспоминаніе о веселой молодости. Мы можемъ видѣть много красотъ природы, наслаждаться счастьемъ, но у каждаго человѣка одна молодость и одно отечество; ничто не замѣнитъ ихъ.
-- Но вы, тѣмъ не менѣе, разстались съ своимъ отечествомъ!
-- Это случилось не по моей волѣ, отвѣтила она, печально опустивъ голову.
-- Простите меня; я, кажется, неосторожно прикоснулся къ незажившей еще ранѣ... Нравится ли вамъ жизнь при французскомъ дворѣ?