-- Я не знаю, удобно ли это будетъ, сказалъ нерѣшительно Эрбахъ.
-- Если дѣло идетъ о моемъ императорскомъ достоинствѣ, то позвольте мнѣ самому заботиться объ этомъ, возразилъ Іосифъ съ видимымъ неудовольствіемъ.
-- Рошфоръ будетъ сегодня вечеромъ у старой гадальщицы Урсулы, которая живетъ за городомъ близъ Гумпендорфа; я случайно узналъ, что онъ назначилъ тамъ свиданіе графу Арембергу. Мнѣ необходимо видѣть виконта, и такъ какъ онъ ушелъ съ утра изъ гостинницы и съ тѣхъ поръ не возвращался, то я хотѣлъ идти къ гадальщицѣ. Не знаю, угодно ли будетъ вашему величеству отправиться къ женщинѣ, которая пользуется дурной репутаціей!..
-- Развѣ Саулъ не сдѣлалъ визита аэндорской колдуньѣ? Почему мнѣ не послѣдовать его примѣру?
Графъ Эрбахъ, видя настойчивое желаніе Іосифа, не рѣшился противорѣчить ему, хотя чувствовалъ въ душѣ сильное безпокойство. Онъ не считалъ себя вправѣ сообщать его величеству своихъ подозрѣній относительно Рошфора, которыя были главнымъ мотивомъ, побуждавшимъ его идти къ старой Урсулѣ, такъ какъ онъ долженъ былъ заранѣе обвинять человѣка въ преднамѣренномъ убійствѣ, не имѣя на то достаточныхъ данныхъ.
Но замъ, гдѣ графу Эрбаху представлялась трагедія и пролитіе крови, Іосифъ видѣлъ только веселое препровожденіе времени. Извѣстіе о близкомъ заключеніи мира и надежда на благополучное окончаніе неудачной войны привели его въ хорошее настроеніе духа.
Когда Рената вошла въ гостиную онъ тотчасъ же сообщилъ ей о своемъ намѣреніи отправиться съ ея мужемъ къ гадальщицѣ. Онъ не находилъ въ этомъ ничего страннаго, и удивился, когда графиня стала отговаривать его.
-- Я надѣялся, что по крайней мѣрѣ вы, графиня, будете на моей сторонѣ! замѣтилъ онъ съ улыбкой.-- Но вы, кажется, также заразились его предразсудками. Неужели коронованныя особы представляютъ собою какія-то особыя существа, и всякій естественный порывъ съ ихъ стороны встрѣчаетъ неодобреніе? Я признаю, что отъ меня, какъ императора, могутъ требовать соблюденія чувства собственнаго достоинства, извѣстной сдержанности и умѣренности въ словахъ и поступкахъ; но вѣдь бываютъ же минуты, когда я складываю скипетръ и становлюсь простымъ смертнымъ. Если монархъ долженъ прервать всѣ человѣческія отношенія, то можетъ ли быть что ужаснѣе его положенія. Я чувствую себя счастливымъ, смѣшиваясь съ толпой, и быть можетъ послѣ моей смерти бѣдняки скажутъ обо мнѣ: "онъ не чуждался насъ".
-- Не думайте, чтобы я не признавала законность подобныхъ стремленій, сказала Рената.-- Но коронованныя особы и женщины не должны ставить себя въ такія условія, гдѣ ихъ лучшія чувства могутъ быть оскорблены и истолкованы въ обратномъ смыслѣ, потому что это большею частью ведетъ къ другой крайности и заставляетъ ихъ относиться подозрительно къ людямъ, которые искренно преданы имъ.
-- До сихъ поръ мнѣ не приходилось раскаиваться въ тѣхъ минутахъ, когда я жилъ жизнью обыкновенныхъ людей. Я никогда не забуду то счастливое время, которое я провелъ въ Венеціи во время карнавала.