Он внезапно покраснел, заметив, без сомнения, что и я изменился в лице. Теперь я, конечно, вспомнил все... Еще тогда, когда я входил в этот дом, какая-то струна слабо зазвучала в моей памяти, а последние слова моего пациента полностью воскресили воспоминание о загадочном деле.
-- Да, -- сказал я, -- припоминаю этот случай; о нем говорил наш лектор судебной медицины.
-- В самом деле? -- сказал м-р Беллингэм. -- Что же он говорил?
-- Он отметил его, как случай, который со временем приведет ко многим юридическим осложнениям.
-- Клянусь Юпитером, -- воскликнул м-р Беллингэм, -- он оказался пророком! Юридические осложнения? Да, их достаточно! И все-таки ручаюсь вам, что он не мог предвидеть, какой адский узел завяжется вокруг этого дела. Кстати, как его фамилия?
-- Торндайк, -- ответил я. -- Доктор Джон Торндайк.
-- Торндайк, -- медленным задумчивым тоном повторил м-р Беллингэм. -- Как будто я слышал его имя. Ну, конечно. Я слышал о нем от моего друга, юриста м-ра Марчмонта. М-р Марчмонт говорил о нем в связи с таинственным исчезновением некоего Джеффри Блэкмора. Припоминаю теперь, что д-р Торндайк блистательно распутал это дело.
-- Решаюсь сказать, что ему было бы очень интересно услышать что-нибудь и о вашем деле, -- заметил я.
-- Думаю, что да, -- последовал ответ, -- но никто не может даром отнимать время у какого-либо профессионала, а заплатить ему я не в состоянии. Это, кстати, напоминает мне, что и у вас я отнимаю ваше время, болтая о своих, чисто личных делах.
-- Мои утренние визиты окончены, -- сказал я, -- да и ваше дело представляет слишком большой интерес. Полагаю, впрочем, что я не должен расспрашивать вас о характере юридических затруднений?